"Ту запись ветвями вчерне всего, что хотелось сказать..." - запись программы.


* * *
Вновь юность является мне,
И я различаю опять
Ту запись ветвями вчерне
Всего, что хотелось сказать.

Так слово явилось сперва,
И хаос надмирный исчез,
И замельтешили слова
На меркнущей сини небес...




Начало творческого пути Ф. И. Шаляпина.

Музыковеды М. Долинский и С. Чертог описывают начало творческого пути Ф. И. Шаляпина:

«Весной 1892 года безработный девятнадцатилетний хорист приехал в Тифлис. Шаляпин голодал, не знал, где будет ночевать. Случайные выступления в увеселительных садах почти не давали денег. Первой обратила внимание на его замечательный голос Мария Григорьевна Измирова. Она подошла к Шаляпину после его выступления хора в саду на Михайловском проспекте и спросила:
— Откуда вы приехали?
Федор ответил:
— Сначала накормили бы, а потом спрашивали».

»
Измирова потом рассказывала:
« «Это был длинноногий парень, худой, нескладный. На нем были косоворотка и какие-то немыслимые брюки (которые он именовал „пьедесталами“). На голове почему-то соломенная шляпа — канотье с черной ленточкой. Дно шляпы было оторвано, держалось сзади на одной ниточке, при ходьбе и ветре поднималось вверх. Немало мы смеялись по поводу этой необыкновенной шляпы…» »
Однако, положение по-прежнему оставалось отчаянным. Шаляпин списался со старыми товарищами по сцене, которые устроили его в оперу Перовского в Казани на вторые роли. Новые тифлисские знакомые посоветовали ему перед отъездом еще раз попытать счастья — пойти к преподавателю пения в музыкальном училище Дмитрию Андреевичу Усатову, дававшему также и частные уроки.
Александр Григорьевич Рчеулов, тенор, как раз занимался у Усатова. Он рассказывал, что появление Шаляпина вызвало удивление присутствующих: длинный, нескладный парень, в засаленной и затасканной одежде. Однако, послушав пение Шаляпина, Усатов сказал, что будет заниматься с ним.

Оставалось подумать, на что же ему жить. В своей автобиографии Шаляпин вспоминает, что Усатов отправил его «к владельцу какой-то аптеки или аптекарского склада, человеку восточного типа» с письмом. Прочитав письмо, этот человек сказал, что будет давать десять рублей в месяц. И тут же выдал за два месяца вперед.

«— А что же я за это должен делать? — робко спросил Федор.
— Ничего. Нужно учиться петь и получать от меня за это десять рублей в месяц.»

Будущий великий артист был поражен. Все это походило на сказку. В усатовской записке было сказано, что у Шаляпина удивительный, от природы поставленный голос, как это бывает только у итальянских певцов, что заниматься с ним он будет бесплатно и что помочь этому молодому человеку — долг всех, кто любит искусство.
Шаляпин не знал тогда, что этот был не простым владельцем аптекарских складов.

Фото 5 К.М. Алиханов пред. муз общества
Константин Михайлович Алиханов был воспитанником Петербургского университета и Петербургской консерватории по классу профессора Л. О. Лещетицкого, пианистом, музыкально-общественным деятелем.

Шаляпин смог учиться у Усатова благодаря Алиханову — и это было единственное «учебное заведение», в котором великому певцу довелось заниматься. [1] [2]

25 лет спустя — по приглашению Корганова — в ореоле всемирной славы Федор Шаляпин опять приехал в Тифлис. На банкете в его честь великий артист произнес:
«В самый тяжелый момент жизни, когда передо мной стоял вопрос продолжить учиться или навсегда бросить мысли о сцене, Усатов направил меня к Алиханову, который принял в моей судьбе горячее участие и дал возможность продолжить учебу».
Эти слова взволновали артиста, на его глаза набежали слезы.

Шаляпин подарил Алиханову свою фотографию
Фото 14 Шаляпин - К.М. Алиханову
с таким автографом:
«Добрейшему Константину Михайловичу Алиханову от искренне благодарного Ф. Шаляпина 17.02.1895 г.»

В своих воспоминаниях, написанных им собственноручно, Шаляпин сообщил:
«если бы не поддержка Алиханова, не доброта Усатова, не доброжелательность Корганова, не теплота Измировой, Касмоева, Бебутова — я бы так и остался никому не известным хористом».

Здесь работал А. С. Пушкин.

IMG_6248
Хохловкский переулок.

IMG_6252
Борис Петрович Юргенсон с программой Второго Международного Фестиваля музыки для виолончели современных композиторов.

IMG_6253

IMG_6263
Свет музыки - Евгений Прокошин (виолончель) объявляет очередное произведение.

IMG_6276

IMG_6270
Аплодисменты.


IMG_6283
Ольга Новикова (фортепиано), композитор Сергей Абель, композитор Михаил Водопьянов-Беруашвили

IMG_6291
Ольга Новикова (фортепиано)

IMG_6285


IMG_6287
Композитор Сергей Абель

IMG_1694
Здесь работал Пушкин - сюда приходил он несколько раз в свой последний 17-ти дневный приезд в Москву - в ночь на 3 мая 1836 года по издательским делам и для работы в архивах и уехал из Москвы 20 мая.
В высшей степени интересно что за документы интересовали А.С. Пушкина - думаю из Истории Петра.

Суперкомпенсация - основа спорта, как человеческой деятельности.







В 1974-79 годах я работал в Спорткомитете СССР и курировал работу Комплексных Научных Групп (КНГ) при подготовке к Олимпийским играм сборных команд СССР по различным видам спорта.
Эта подготовка по многим параметрам была секретной.
Советская система спортивной подготовки была тогда несомненно самой передовой в мире - и самым ярким подтверждением этому было, что Сборная команда ГДР, с которой мы "по-братски" поделились всеми этими секретами, на Олимпийских играх в Монреале в общекомандном зачете взяла 2-е место - обогнав и США и Китай!

Первое место всегда было за СССР!

Моя сестра Лилли тогда как раз заканчивала тоже "закрытую работу"
"Методика углеводного насыщения мышц в циклических видах спорта".

Суть ее научной работы - исследование явления суперкомпенсации при тренировке как общей и так и специальной выносливости.

Физиологическая (а не психологическая) суперкомпенсация это и есть механизм спортивной подготовки посредством организации (цикличности) многолетних ежедневных многоразовых тренировок.

http://primefc.ru/categories/professionalam/354-giperkompensaciya.html7 - здесь написано о культуристах - но это касается всех видов спорта.

Для каждого вида спорта высших достижений нужна особая тренировка, чтобы механизм физиологической суперкомпенсации действовал наиболее эффективно.

Тогда этим занималась группа совершенно выдающихся спортивных ученых - Владимир Зациорский, Матвеев, Коц, Волков. (Сестра была в аспирантуре у Якова Михайловича Коца).

Человек двигается - ходит, бегает, прыгает, плавает, катается на велосипеде.
В любом движении мышцы сокращаются.
Чтобы сокращались мышцы - нужен гликоген и кислород.

Точно так же как в автомобиле - бензин и кислород.

Гликоген перерабатывается из углеводов (в печени), и депонируется непосредственно в самих мышцах (каждая мышечная клетка имеет свой "бензобак").

В результате тренировки количество гликогена в мышцах сокращается (сгорает).

Но в результате отдыха и питания количество гликогена не просто восстанавливается.

Именно тут - на клеточном уровне! - срабатывает механизм суперкомпенсации!

После отдыха и соответствующего питания
количество депонированного гликогена в мышцах увеличивается!
Значит растет выносливость!

Это и есть главный механизм суперкомпесации, присущий только человеческому организму!

Животным механизм суперкомпенсации не свойственен.

Только за счет этого механизма супекомпенсации и существует сам спорт,
как явление человеческой деятельности!

"На счастье легок шаг проворный..." - стихи 1981 года.






***
В костюмерной варьете ем второе.
Пудра, пыль, шумит за дверью зал.
До чего я докатился, чем я стал -
Сам собою.

Как-бы кто-нибудь об этом ни проведал -
Чем дышал я, и кого я здесь любил,
Что я слушал, и о чем я говорил,
Где обедал.


***
Сними это платье -
в нем ты слишком ты женственна, -
в сереньком лучше.
И я надеваю пиджак свой - сидит мешковато,
а вид еще очень приличный.
Сойдет.
Хорошо бы и с рук нам сошло
сиянье на лицах.


***
Зачем же каждый день с утра
К нему спешишь ты в мастерскую? -
Ты проживаешь жизнь чужую,
Жить жизнью собственной пора!

Восстань немедленно с колен!
Себя ты посвятить не вправе
Чужому вдохновенью, славе, -
Не попадай в нелепый плен!

Ты все твердишь: “- Как он велик,
Наш провозвестник и учитель…”
Но ты лишь преданный ценитель,
И вовсе ты не ученик.

И мне подумалось сейчас:
Таких как ты - ведь там немало,
Там одиночества не стало.
Зачем он не прогонит вас?


ВОЗВРАЩЕНИЕ

Вновь запахи двора восходят вдоль балконов -
Там жарят шашлыки, здесь кипятят белье.
Я вспоминаю свод неписаных законов,
Вживаюсь, торопясь в родное бытие.

Но ничего уже я здесь не понимаю,
А если что спрошу - так тоже невпопад.
И вжиться не могу, хотя живу не с краю,
Но чуждым стал родной когда мне уклад.

Еще не так давно все получалось с лету -
Умел я бросить взгляд, запомнить, записать,
И, сдав в журнал, успеть к ночному самолету -
Я двигался вперед, работал, так сказать.

Я слушал посвист нарт вдоль твердой глади наста,
И на закат смотрел бесстрастно, как помор.
И старожилом я сумел прослыть, так часто
Пришлось пересекать мне северный простор.

Сноровку приобрел, прижился, свыкся с делом,
Косил, полол, сгребал лопатою бурты -
Кружила жизнь меня в каком-то танце белом,
И я любил ее летящие черты...

А дома ощутил себя я чужеродным,
И смутно чую я глубинные слои.
Поверхностным я был, а вовсе не свободным, -
Есть что-то на слуху, но нет уже в крови.

А глубина и там - на севере - повсюду, -
Ее не замечал, а мчался день-деньской,
И думал: здесь побыл, теперь я там побуду,
Посмотрим, что же там произойдет со мной…


7 марта 1981 г.
Первая публикация в сборнике "Весенние голоса" 1984 год, изд-во "Современник".


***
Днем что-нибудь напишу, может быть,
Ночью - читаю.
Что же я делаю? - если спросить -
Жизнь коротаю.



***
Устал я ревновать и оказалось,
Что больше ничего не оставалось.


***
Наверно, дольше всех эпоха наша длилась,
И вот ни только кончилась - она уже забылась.

***
Лишь путь открылся коридорный,
И мы вовсю пустились прыть.
На счастье легок шаг проворный,
И мы успели жизнь прожить.


СОВЕТ №1

Если ты, как и я, вдруг окажешься здесь -
Среди тысяч и тысяч людей,
В середину пассажиропотока не лезь -
С краю ты проберёшься скорей.

Здесь с речной быстриной вовсе схожести нет -
Оглянись со ступеньки своей:
Все еще не протиснулся сквозь турникет
Тот, с кем выбежал ты из дверей.


***
Выписки, копии собираю.
Дожидаюсь пятницы, потом среды.
Руку ищу, пороги обиваю,
Нашел кое-какие ходы.

Он запамятовал, затерялась бумага.
Все равно поблагодарю и поклонюсь.
Еще он меня не знает, бедолага, -
Век буду ходить, а своего добьюсь.

Это только снаружи вид у меня жалкий,
Совсем другое дело - изнутри.
Все-таки выберусь я из коммуналки,
Правда, в лучшем случае, года через три.

(выбрался через шесть лет)

***
Туда-сюда сную, вступаю в зрелость.
На севере, в поморское окно
Я заглянул - взаправду там вертелось,
Наматывая нить, веретено.

И тотчас внес я в книжку записную
Вот этот путевой, поспешный стих,
Что мельком заглянул я в жизнь иную,
И столь же странен был мой вид для них.

Первая публикация - в журнале “Кругозор”


БУТЫЛОЧНИЦА

Чтоб жизнь свою продлить, спитого выпью чаю
И снова побегу трусцою поутру.
И на пути своем опять тебя встречаю
С набитым рюкзаком в Серебрянном бору.

Хоть боязлив твой взгляд, но в нем недоуменье -
Куда? - в такую рань! - и надо же - бегом.
Но снова мысль пронзит, что тают сбереженья,
И палочкой опять зашаришь под кустом.

Как радуешься ты бутылке из-под пива! -
Ведь пенсия одна - откуда денег взять
Для мебели, ковров, для кооператива -
Впридачу тут еще и непутевый зять.

Я верю этот труд твой будет не напрасным -
Щедра теперь трава вдоль берега реки.
Была всю жизнь свою наставником ты классным,
И крепко стали пить твои ученики
.

***
Мы к выводу пришли вчера,
Отбросив мнения иные:
Что биография Петра -
Сама история России.

Сегодня день уже не тот,
В ином все показалось свете.
Вот Меньшиков вошел в черед -
Апраксин, Брюс и Шереметьев.

А завтра, может, мы придем
К тому, что в самом деле странно:
Пусть тьма в истории имен, -
Она проходит безымянно.


***
Ты подвернула ногу -
Дорожки чистый лед!
Все это - слава Богу! -
До свадьбы заживет.

Тем более, что свадьбы
Не будет никогда.
Тебя поцеловать бы -
Да канули года…

ДЯДЯ КОЛЯ

Он, старожил и уроженец края
Не уезжал надолго никуда,
Но так и не прижился здесь, считая,
Жизнь прожита – не велика беда.
Отсталость, как ведется, изживалась,
И благодать дошла до этих мест.
И лишь ему по-прежнему казалось,
Что он несет извечный русский крест.
Он, правнук тех чиновников кавказских,
Голубоглазый, сухонький, живой,
Сомнениям своим не дал огласки,
Их так не решив с самим собой.
Но толковал всегда о чем-то здравом,
Не пользовался внеочередным
Бесплатным и еще каким-то правом –
Гордился я своим знакомством с ним.
Пенсионера не было счастливей!
И в Доме офицеров окружном
Из года в год он числился в активе,
О стенку безразличья бился лбом,
Кассиршам учинял головомойки,
А для вальяжных офицерских жен
Курировал кружки шитья и кройки
И выписал для них аккордеон.
Неугомонным был он заводилой!
Пожатье легкой жилистой руки
Вас заряжало бодростью и силой –
Хотелось записаться в те кружки…
А время для него тянулось долго
Был вдовым он, соседей не любил.
Но крут замес терпения и долга,
И он не коротал свой век, а жил
В многоязычном, суетном районе
Где целый день судачит стар и мал,
Где вьются сплетни на резном балконе
Он только лишь по-русски понимал.

Еще я помню – в месяц листопада
Мы на проспекте встретились ночном
В разгаре репетиции парада -
Шли танки и скрывались за углом.
Они в простор проспекта уходили,
А мы с восторгом преданным своим
На месте оставались и следили,
Вдыхая дизелей тяжелый дым.

А напоследок, уж впадая в детство,
Он все твердил, что ждут преграды нас.
И умер он, оставив мне в наследство
Стол, на котором я пишу сейчас.


Первая публикация -«День поэзии 1982»
редактор и поэт Евгений Храмов сказал мне, что это стихотворение - антологическое, оказалось - пророческое...

* * *
История - выдумка слабых сердец.
Но все же останься, хоть пьесе конец.
Билеты, программки белеют в проходе,
Учебный сезон твой уже на исходе,
Игра твоя принята за образец.

Останься, - а значит - не жди, уезжай,
В любой захолустный какой-нибудь край, -
Прислушайся к голосу распределенья.
Искусство потребует только терпенья,
Ты в жертву себя ему не предлагай.

Но ты пробивать собираешься брешь,
Но ты проедать собираешься плешь,
И я все равно тебя не образумлю.
Ты будешь ложиться, как на амбразуру,
И будет водить тебя за нос помреж.

Им не до тебя, хоть они и лгуны.
Да, падаешь больно, свалившись с луны.
И от невезения нету лекарства.
Ты скажешь:
- Должны же кончаться мытарства.
И я соглашусь: - Да, конечно, должны.


с Юрием Антоновым написал песню
"На высоком берегу, на крутом" - которая стала любимой народом http://alikhanov.livejournal.com/885907.html

"Как иногда болотная вода бывает облаком на синем небосводе..." - стихотворение 1970 года.







***
Отвык работать или просто бросил,
А может быть, навеки замолчал.
Но непременно приходила осень,
И наносила клейкости ремесел
Какой-то вред, не видимый очам.

Он был поэтом только иногда,
Как иногда болотная вода
Бывает облаком на синем небосводе.
Зимой, весной осеннейший поэт,
Он вдруг терял прозрение и свет,
И изменял и смыслу, и свободе.

Он верил в то, что день придет великий,
И в нем несовершенное умрет.
И что в природе мудрой и двуликой
Всем умереть дано, чтоб стать элитой,
И вновь взлететь на синий небосвод.

Он к пустоте был исподволь готов,
И с наступленьем первых холодов
Он умирал душою ежегодно.
Но как летели по ветру леса,
В нем новые рождались голоса.
Он мало жил, но жил он превосходно.


Черновик 1970 года - впервые опубликовано в "День поэзии 1972", авторское чтение -https://youtu.be/Pj3jCZiqv7o