alikhanov (alikhanov) wrote,
alikhanov
alikhanov

1968 г., - "Следить живущих и живых...", 16-18.

16.

* * *
Извечная потребность веры
К порогу храма приведет.
Забитые крест на крест двери
Взломает страждущий народ.

Ни алтаря, ни свеч сиянья:
Увидит пораженный взор
Следы глумленья, поруганья,
И срам, и мусор, и позор.

Но, походя, на всякий случай,
Прикинет - что тут можно взять? -
Да все подряд! - себя не мучай, -
Того не стоит благодать.

Вновь поколенье у порога
Без Книги, сбитое с пути,
Средь хлама ищет в храме Бога -
Спасенье хочет обрести.

Сжимая грешное пространство
В непогрешимый ореол,
Он нам прощал пороки, пьянство,
По тюрьмам вместе с нами шел.

И нам же объявился странник,
Хотя и не назвался он,
Его узнали тотчас - странным
Сияньем слабым окружен.

Пройдя измену, казнь и муки,
Пришествовал и в этот раз,
Хоть были вывернуты руки,
И прожит смертный, крестный час.

Бог беззащитней человека,
Среди людей слабее всех,
Не озлобившийся калека
И видит, и прощает грех.

Не зря намедни мы молились
То в мрачный свод, то в небосклон:
Глаза у нас опять открылись -
Явился он!
Явился он!


Лет просветленных исчисленье
Начнется с чистого листа –
Вновь утвердится просветленье
Оплотом крови и креста.

И снова казнь!
Вновь хохот черни
Услышит он - в который раз! –
В предгрозовой и предвечерний,
В предсмертный, в предбессмертный час...

14 декабря 1968 - 2008 гг.


IMG_0855
Черновик.


17.

***
Придерживая сумку, где лежали
Любимейшие телеобъективы
И книга Аристотеля, ко дну
Придавленная камерой, я спрыгнул
С троллейбуса и бег укоротил.

Напротив бы огромный стадион -
В косых лучах снимал там бегунов,
Сменил кассету, выбросил обертку
В снег матовый и счищенный с дорожек -
Фольга в снегу поблескивала тускло.

А ночью в город вполз густой туман,
Остановил движение машин.
Как взболтанный остаток кипятка,
Он оседал и в горле, и во рту.
И в месиве из проводов и веток,
Огней и голосов неразличимых
Жизнь продолжалась...

18. РЕМБО

Не страшно, что мачты и палуба - врозь,
А страшно что в трюме слоновая кость, -
Слонов убиенных мерещатся тени.
Зловещее золото тянет на дно.
Все тяжести - за борт! - спасенье одно,
А в долгом пути не избыть повреждений.

О жалкий торгаш, о великий Рембо! -
Во мне то начало, во мне то ребро, -
Тону, предаваясь базарному крику.
А корысть страшнее болезней и ран.
В лесах бескорыстнейшей самой из стран,
Мне легче спастись, собирая бруснику...
1968-1973 гг.
Tags: 1968 г., стихи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments