alikhanov (alikhanov) wrote,
alikhanov
alikhanov

Category:

"Вся музыка мира" - кинопроза - главки 91-98 - "Призрак белых роз" - исчезнувшая песня.

* * *
Прошло девять лет после отъезда Кленова из СССР.
Руст садится на Красной площади.
Самолет «Люфтганзы» с Юркой-цыганом садится в аэропорту Франкфурта- на- Майне.
Саша его встречает, привозит в большую студию, где выполняются заказы на фоновую музыку, приходящие к нему отовсюду. Стоят промышленные магнитофоны по ускоренной перезаписи. Крутятся на большой скорости кассеты, останавливаются,
выскакивают, автоматически пакуются.
Юрка-цыган достает из кейса три упаковки по десять студийных
миникассет:
- Все! Мы с Иркой подчистую все фонды подмели. Я тебе раньше полными барабанами музыку привозил. А теперь конец, больше ничего осталось.
Кленов внешне не изменился, кажется, что он даже помолодел. Он сейчас опять похож на одесского паренька, намеревающегося завоевать весь мир.
- Хрен с ней, с вашей музыкой. У меня теперь своей хоть горстями ешь! У меня фирма, имя. Я придумал как тут музыку клепать - беру себе местных способных пареньков на стажировку- они на меня пашут целый день, работают на моей студии. Через два месяца я им говорю, что они мне не подходят и беру новых, опять на стажировку. А на работу их не оформляю - ты меня понял! Медицинскую страховку не плачу! Закон о труде меня не касается! Иди сюда - на перец! А все что они тут насочиняли за два месяца - мое!
- Саша! Это я цыган, а не ты! Хватит мне зубы не заговаривать! Где мой «Мерседес»?! Я дело сделал.
- Ты какой хочешь - голубой или зеленый?
- Я к тебя в четвертый раз приезжаю, и в последний. Три раза ты мне обещал и три раза меня кинул! А сейчас я с тобой по-цыгански разберусь.
Юрка достает из кейса нож.
Саша смеется:
- Ты шуток не понимаешь. Пошли в гараж!
Саша открывает двери, внутри стоят два автомобиля светло-голубой и темно зеленый.
- Вот это да! - обрадовался цыган. Он садится в светло-голубой «Мерседес».
- А ты хотел меня резать, старого друга! - Саша вписывает фамилию владельца в документы на машину.
читать


* * *
Саша и Грета в толпе зрителей смотрят на последний парад Советских войск в Германии.
Саша морщится, ему стыдно смотреть, как куражится пьяный Ельцин, позоря своими выходками победителей. Саша чувствует себя опозоренным – ведь его отец погиб на Великой Отечественной войне.
А Грета в полном восторге - это ее победа. Этот парад – цель ее жизни.
- Чему ты так радуешься? – возмущен Саша.
- Это моя заслуга! Это я сделала! – говорит Грета.
- В чем здесь твой заслуга - в том что ты со мной спишь?
- Моя заслуга в том что я тебя сюда вытащила. И в том, что эти вояки наконец уходят из Германии!
- Это не связано одно с другим! При чем здесь наш позорный уход, и наша тобой жениться?! Ты меня вытащила из «совка» - спасибо тебе за это. Спасибо еще раз, и спасибо в последний раз! Но нельзя же всю жизнь тебя благодарить, за то что ты соизволила меня сделать своим мужем! Хватит!
Саша поворачивается и выбирается из толпы зевак и уходит.

* * *
Украина голосует за независимость. Лозунги, митинги, марши.
Саша стоит на палубе теплохода «Шота Руставели», который подходит к одесскому причалу. Он седой, солидный, обеспеченный человек.
Но праздничное настроение не передается Саше, он грустен - его первый раз «пустили» в родной город - тринадцать лет спустя после выступления на «Немецкой волне».
Саша сходит с трапа, поднимает с газона одну из многочисленных листовок, на которой написано, что Украина первая в Европе по производству угля, стали, чугуна, хлеба, электричества на душу населения, и в общем количестве...
Саша идет по улице, заходит в родной двор. Словно не пролетели годы - те же веревки, и старые футбольные ворота, сделанные из кровати. Он подходит к своей комнате – мать, сестра с ребенком, все родные давно переехали к нему в Гамбург. Но вдруг дверь открывается и выходит миловидная женщина с двумя детьми - младенец на руках, второй мальчик лет пяти ждет, пока мать запирает двери.
Если бы жизнь сложилась по-иному, это вполне могли быть его жена и его дети.
Женщина с опаской поглядывает на Сашу.
Саша хочется что-то дать старшему мальчику, но ничего подходящего в карманах нет - только дойч-марки, и подобранная в порту листовка.
- Пошли, Симон, не приставай к дяде!
Но Саша изловчился и на ходу сунул мальчику в кармашек курточки десять марок.
- Купи маме конфет!
Женщина улыбается, и уводит сына за руку.
Саша становится на ступеньку, хочет заглянуть в окно своей юности, но останавливается перед прошлым, которое с особой силой оживает в его сердце.

* * *
Прошло еще семь лет. Лейпциг, улица, конец ночи. На фабрику по чистке и разделке овощей для ресторанов торопятся рабочие - в основном немцы-репатрианты из Казахстана. Среди рабочих постаревший Костя-текстовик, который перед проходной достает из мусорной урны вчерашнею газету. Рабочие молча переодеваются в спецодежду. Костя переобувается в резиновые полусапожки, ставит ноги в носках на газету, на которой скорбная фотография овдовевшего Горбачева. Бывший текстовик плюют в рожу «отца перестройки», мнет газету, бросает ее в ящик.
Рабочие становятся к овощному конвейеру, одновременно с первым движением начинает звучать оркестровая музыка. Костя берет с конвейера, моет и чистит морковь.

* * *
После смены, в раздевалке Костя говорит другому рабочему:
- Работа - хрен с ней, лучше или хуже, ручной труд всюду одинаков. Но эта бывшая советская музыка меня достала. Это издевательство! Даже поговорить невозможно. Я увольняюсь!
- Никакая она не советская! - возражает рабочий, - я в Актюбинске сольфеджио преподавал, собирал фашистские марши. Оказывается, это мы у них гитлеровские марши копировали и переделывали на свой лад.
- Ерунда! Все как раз наоборот! Я эту музыку все детство слушал! Ее тогда целыми днями передавали.
- Давай с тобой поспорим на банку пива! Это чисто немецкая музыка!

* * *
Спорщики стучатся в дверь, входят в контору фабрики.
- Мы хотим узнать, где можно купить кассеты с той музыкой, которую вы нам все время играете. Эта музыка нам очень нравится - мы хотим и дома ее слушать, после работы, - говорит Костя.
- Мы ее заказываем в Гамбурге, - хозяин достает дискету, на которой лейбл - «Кленов саунд продакшен ГМБХ».
Рабочий говорит Косте:
- Ну, с тебя баночка пива!
- С меня ящик пива! Вот это номер! Это же Сашка Кленов!
Костя переписывает адрес с дискеты.

* * *
Гамбург. Позднее утро. Костя бредет вдоль ограды, сверяется с адресом, записанным на бумажке. Звонит в ворота, за которыми облицованное темно-синим стеклом трехэтажное здание.
- Что вам угодно? - спрашивает женский голос из динамика.
К воротам подъезжает белый «Ягуар», притормаживает, ворота
автоматически открываются. Костя мешает проезду - автомобиль издает мелодичный, короткий гудок.
Костя обернулся, посторонился. «Ягуар» проезжает, ворота закрываются, но вдруг автомобиль останавливается - Саша узнал соавтора, и у него в памяти тотчас возникает их первая песня. Солидный, седовласый бюргер вылезает из автомобиля, и поет:
- «Явился призрак белых роз...» Костя! Каким ветром тебя сюда занесло?!
- Здорово! Я уже год тут кантуюсь. Шестимесячную языковую школу закончил, работаю в ресторане. Случайно узнал твой адрес, решил тебя проведать.
- Пойдем, кофе попьем! - Саша нажал на кнопку брелка, ворота опять раскрылись.
Приятели тепло пожали друг другу руки.


* * *
- Классно ты тут устроился! - Костя озирается, сидя в кресле. На стенах кабинета - картины супрематистов высокого качества, и несколько морских пейзажей и картин с видами Одессы, явно купленных на привозе у пляжных художников.
Секретарша принесла кофе.
- Ты жрать хочешь? Сделай бутерброды, - Саша легко переходит с русского на немецкий.
Секретарша приносит на бумажной тарелке тоненькие фигурные бутерброды к коктейлю.
Костя еще минуту назад лелеял надежду, что, может быть, соавтор ему поможет с трудоустройством. Но теперь он почувствовал, что как только он доест бутерброды, ему надо уходить. Кофе и бутерброды подали только ему.
- Как Грета? Сколько детей вы с ней нарожали? - прихлебывает,
не торопясь, Костя.
- Откуда я знаю. А детей, слава богу, у нас не народилось. Моя бывшая жена, меня все воспитывала, воспитывала, мозги мне вправляла. Один раз до того дошла, что мне запретили вход во все гамбургские казино! Я плюнул и бросил ее.
- Когда же вы с ней расстались?
- Давно. Уже лет десять. Ездили вместе с ней берлинскую стену ломать. Сломали и развелись. У этой дуры развилась мания величия - она считала, что именно благодаря ей Германия объединилась. Я ей все толковал - причем здесь ты? Один раз даже подрались с ней, когда этот коверный оркестром дирижировать стал. Меня зло взяло, вот я Грете и говорю, - мой батя-победитель погиб, а твой побежденный батя такую ряжку отъел, его о дорогу не расшибешь.
А меня как ты нашел? - поменял тему Саша.
- «Кленов продакшен»! Попалась на глаза компакт-кассета, вот я и догадался, что ты их производишь. Ну что ж, спасибо, за угощение, - Костя поставил чашку, поднялся.
- Пойдем, покажу тебе производство! - Саша решил напоследок похвастаться перед новоприбывшим, - Возьми халат! И на голову капюшон натяни - там у меня стерильная чистота!
- У нас на фабрике тоже все очень чисто, - сказал Костя.
Производство оказалось автоматизированным и в основном состоящим из складов готовых компакт-дисков.
- У меня сейчас отличный ассортимент - четырнадцать компакт-дисков, есть еще кассетный цех - там сейчас восемь кассет на потоке.
- Ты чью оркестровую музыку продаешь? - спросил Костя.
- Свою, чью же еще. Я же композитор. Ты что забыл?
- Ты и ноты тут в Германии выучил? - съязвил Костя.
- Ноты… Ноты пусть теперь в бывшем совке учат! - вдруг заорал
хозяин, - Им, блин, еще долго предстоит ноты учить! У меня на худсоветах всю кровь выпили, суки, а теперь оборотку получили. У меня музыки вагон и маленькая тележка, и вся она моя, понял? Моя! А эти «члены союза композиторов» без моего разрешения не имеют права ее исполнять.
Костя- текстовик молча взял и стал рассматривать упакованный компакт-диск, на котором переливалась цветастая голограмма, свидетельствующая, что все авторские права композитора Кленова надежно защищены.
- Возьми на память, - разрешил хозяин.
- Грета была права, - вдруг сообразил Костя, - Она действительно помогла объединиться Германии. Ведь это она тебя вытащила из эСэСэрии.
- Да, она это сделала. Ну и что?
- А ты свалил, уехал и заодно сумел прихватить и прикарманить всю оркестровую музыку.
- Эта музыка все равно там без надобности. Если б ни я - все эти кассеты давно бы уже размагнитили, а пленку отдали бы на переработку. Там на тонну пленки есть миллиграмм серебра - оно совкам дороже всякий музыки.
- Пока другие воровали алюминиевые чушки, заводы и нефте- комбинаты - ты, Сашок, оказался самым сообразительным, и украл душу нашей бывшей страны. Молодец, блин. А в этой мажорной музыке, веселой и дурной был заложен весь пафос прежней жизни. А без Греты тебе бы это сделать ни в жизнь не удалось.
Композитор Кленов самодовольно усмехнулся:
- Глупость сморозил! Получается, что моя бывшая баба придурью сковырнула весь наш совок.
Костя-текстовик пояснил мысль:
- Так оно и есть. Ведь вся оркестровая музыка теперь принадлежит тебе. А страна без своей музыки - фантик без конфетки, пустышка, вот она и летит по ветру...
1999 г.


"Призрак белых роз" - исчезнувшая песня
http://alikhanov.livejournal.com/1060448.html


Судьба Александра Шульги - прообраза композитора Кленова -
http://alikhanov.livejournal.com/216825.html
Tags: Александр Шульга, Вся музыка мира, музыка, образ, пластинка, судьба, хит
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments