alikhanov (alikhanov) wrote,
alikhanov
alikhanov

"Свет вечности - сияй над площадями по воле Императора Петра!" - 7-мь исторических стихотворений.

О ПОЕЗДКЕ
ИМПЕРАТОРА НИКОЛАЯ ПЕРВОГО
НА КАВКАЗ в 1837 ГОДУ

Был сделан в канцелярию запрос -
В присутствии возможно ль высочайшем
Вельможным инородцам и князьям
Являться на приемы и балы
В привычных им, кавказцам, сапогах.

Был дан ответ, что вроде бы вполне
И позволительно, но все-таки негоже.

Затменье послепушкинской эпохи
Уж наступило.
Лишь фельдъегеря,
Сменяя лошадей, во все концы
Развозят повеленья Петербурга.
1986 г.

ПОСЛЕ СЕВЕРНОЙ ВОЙНЫ

Сожмет виски бессонной крови шум,
Но мысль не вырвется из круга -
Приходит раньше имени на ум
Порядок цифр - и «набираю» друга.

Ты позвонишь, я трубку подниму,
А это значит - я еще не помер.
Покажется порой, мне самому
Пожизненно присвоен только номер.

А провод донесет до нас с тобой
Не голоса - вибрации мембраны,
И сервисы эпохи цифровой
Врачуют нашей мнительности раны...

А Петр был занят Северной войной.

Монарха то и дело беспокоя,
Ночами офицеры и гонцы,
Мешая спать, слонялись по покоям.

Казарменный порядок во дворцы
Ввел Петр.
Дал нумерацию постелям,
И запретил их без толку менять...

На цифры не пристало нам пенять -
Судьбу петровых слуг и мы разделим.

http://alikhanov.livejournal.com/890694.html



***
Мы к выводу пришли вчера,
Отбросив мнения иные,
Что биография Петра
Была историей России.
Сегодня день уже не тот,
В ином все показалось свете:
Вот Меншиков - и в свой черед
Апраксин, Брюс и Шереметев.
А завтра, может, мы придем
К тому, что в самом деле странно:
Пусть тьма в истории имен -
Она проходит безымянно.


МОНОЛОГ МИХАИЛА БАКУНИНА В ТОМСКЕ

"И пусть не смерть, но смертный приговор
Не властен надо мною! Но позор,
Какой позор до пятого колена!
По всей Европе я навел террор:
Меня страшится Дрезден, гонит Вена -
Там всюду добивался я мгновенно,
Дряхлеющим законам вопреки,
Всего чего хотел! А здесь -
руки!
Ее руки я не могу добиться!
Ее отец! Меня он не боится!
(А чувствую впервые - я могу!
Она мои безжизненные силы
Вдруг возбудила: организм постылый
Зашевелился.) Вот подстерегу,
Тогда узнаешь, стикулист*, наглец!
Досадно как, что он ее отец.

Нет, ни цари, а он всему виновник -
Зловредный, жалкий, маленький чиновник.
Ах, как бы я сейчас тебя взорвал!
Так кстати подвернулся генерал, -
Протекцию он мне сейчас составит,
И согласится наглеца заставит."


Сановный сват нанес видит не зря,
Уговорил отца:
"Мы бунтаря
Поженим! Он свободы добивался,
Нельзя преуменьшать его вины.
Но убежден - он по свету метался
В извечных, трудных поисках жены".

Новоневестных проводили скоро
Под своды Воскресенского собора.

стикулист* - чиновник низкого ранга.


НЕРОН

В загуле имперского бреда,
Чего добивался Нерон?
Зачем ремесло кифареда
Упорно осваивал он?

Бессмертье, богатство, величье
Дала непосредственно власть.
А тут соловьиное, птичье
Тщеславие - жалкая страсть.

В стремленье своем оголтелом
Сжег Рим площадной лицедей.
Певцом-кифаредом хотел он
Остаться во мненье людей.

Но даже пожара подсветка
Не сцене пришлась, а судьбе.
И только презрения метка
Проступит на царственном лбе.

«Литературная газета» 2003 г.
Римская лирика - http://alikhanov.livejournal.com/1196558.html

***
Если бы наш Гомер был бы ни эпиком, а провидцем,
(Случившееся как-бы оправдывает неимоверные рукописи),
Короче, до, а не после, он кричал бы: “Спасайтесь!”
Хватал бы женщин за руки на улицах обреченного города,
Кричал бы детям: “Бегите!” - а не занимался писаниной,
Оправдывая рубку в крепости нелепым священным напевом.


* * *
Мне с каждым днем становится привычней
Простор пустых заснеженных полей...
Куда раздольев этих безграничней
Пределы петербургских площадей.

Я верю - все, что сделано руками,
Ни годы не погасят, ни ветра.
Свет вечности - сияй над площадями
По воле Императора Петра!
Tags: Бакунин, Император, Император Петр, Нерон, Петр, Рим
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments