alikhanov (alikhanov) wrote,
alikhanov
alikhanov

"В углу угрюмо ждал Шаламов, а Смеляков курил в кулак..." - стихи из газеты.

DSC03196
Стихи из подборки в газете "День литературы" № 5, март 2000 г.

* * *
Новой жизни хозяин богатый,
С молодым беспощадным лицом,
И с оглядкой слегка вороватой,
Он сравним с тем кавказским отцом.

А стрелял в бильярдной пятерки,
Брал у всех без отдачи взаймы,
А теперь он проводит разборки,
И блатные его поговорки
Приговора страшней и тюрьмы.

Эх, «объявка», словцо воровское,
Разоряя, топча и губя,
Не оставит ни сна, ни покоя,
Под землею достанет тебя.

Коль в бандитских руках очутился,
Над тобой покуражатся всласть, -
Пожалеешь, что в школе учился,
Что у мамы когда-то родился,
И что мама сама родилась.

Как окружит тебя, не мигая,
Пацанов деловитая стая -
Отдавай все что есть, но вдвойне.
Арифметика очень простая
На гражданской на этой войне.


ОЧЕРЕДЬ ЗА ГОНОРАРОМ В "ДЕНЬ ПОЭЗИИ"

Тогда, устав от лет суровых,
Желая просвещенной слыть,
Россия граждан непутёвых
Своих решила подкормить.

Спешили мы со всей столицы,
Стояли, прислонясь к стене,
Свои выпрастывая лица,
Из-под заснеженных кашне.

Там "Юности" один из замов,
Стоял без кресла, просто так.
В углу угрюмо ждал Шаламов,
А Смеляков курил в кулак.

И шёл совсем не по ранжиру
Один поэт вослед другим.
Так начавший стареть Межиров
Был лишь за Самченко младым.

И Мориц бедную пугая
Ухмылкою грядущих мер,
Её в упор не замечая,
Стоял боксёр и браконьер.

И даже прямиком оттуда,
Вновь улетавшие туда,
Своих мехов являя чудо,
Там становились иногда.

В тот зимний день шутила муза,
Долистывая календарь.
Стоял там я, не член Союза,
За мной - Луконин, секретарь.

О, государственной заботы
Благословенные года.
И за недолгие щедроты
Мы благодарны навсегда.

1995 г.

КАНОИСТ-ОДИНОЧНИК

По сетке Олимпийских баз
Идет за сбором сбор.
Прибалтика, затем Кавказ,
Работа на измор.

Здесь не бывает чересчур,
Хоть воздух ловишь ртом.
Из Кяярику - в Мингечаур,
И Гали - на потом.

Водохранилищ поперек,
С веслом наперевес,
Он словно сам рождает ток
Турбин ИнгуриГЭС.

На суше очень неуклюж,
Сутулится, молчит,
Таскает штангу, входит в душ,
Питается и спит.

А утром снова раньше птиц,
Нелепый рукокрыл,
Касаясь кистью половиц,
Пошел, потом поплыл.

Стартует по шестой воде
Великий чемпион.
В честь той, которой нет нигде,
Обгонит время он.

В реляциях газетный лист,
Стреляет пулемет.
И лишь безумный каноист
Гребет, гребет, гребет...

***
Ложились крейсера на дно,
И мерли с голоду старухи,
Чтобы Мишаня в БээМВухе
С волыной ехал в казино.


* * *
Завсегдатай задворок, заворачивая за углы,
Я во всех городах находил переулки такие,
Где запах олифы и визг циркулярной пилы,
Где товарные склады и ремесленные мастерские.

И со сторожем я заводил разговор не пустой, —
А настырно просил его жизни открыть подоплеку.
А сторож молчал: он смотрел на огонь зимой,
И летом — на реку, протекающую неподалеку.

Я сшивал впечатлений разноцветные лоскутки,
Радовался, что душа накопит простора.
А потом оказалось — можно лишь посидеть у реки,
И нельзя передать ни журчания, ни разговора.

1982 г. Барнаул.
(Стихотворение впервые опубликовано в "День поэзии - 84")
Tags: 2000 г., День литературы, газета, публикация, стихи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments