November 1st, 2010

Фразы из романных черновиков

Так что же, господа, есть счастье, что же есть безумное счастье?! Спросить бы у душки Рора Петровича - ведь он точно знал, что же это такое в то блаженное, восхитительное мгновение. Может, действительно, не в деньгах счастье? Не в больших деньгах, и не в малых деньгах, а в Ланчиковой, какой бы продажной шкурой она б ни была?.. Но Оленька Ланчикова как раз и любит только деньги, и ничего больше на дух не признает - вот загадка, вот заковыка...



- Купить ты все можешь все, а вот продать не имеешь права. Раньше достал джинсы, поносил их полгодика, сдал в комок и получил ту же наличку.
А теперь продать - целая наука.

Чтобы достать, то есть по-нынешнему купить, никакого ума не надо – сунул бабки, взял с прилавка шмотку и канай, привет семье.

А вот для того, чтобы продать… Предварительно надо покупателя охмурить, всю бошку ему рекламой заполоскать. Не говоря уже о том, чтобы лицензию получить, кассу в налоговой зарегистрировать. И все равно без подлейшего таланта и большого фарта ничего не продашь.

Так что все, что у тебя есть, дорогой Веничка, включая и сатирскую штучку небывалых размеров – это никакой не товар.

- А ты что можешь продать? Что ты продаешь?!
- Я продаю им самих себя, но уже в новой редакции, в новой упаковке, а главное -в новом самомнении.



Перед Оленькой Ланчиковой действительно надо шляпу снять - ведь она терпеть не может газированную воду на сахарине, особенно розлитую в бутылки емкостью 0,33 литра - в грязноватые, с криво наклееными этикетками, липкие, омерзительные, в так называемые, «раиски». (Эти препротивные бутылочки на самом-самом верху придумали, чтобы наши алкаши великую нашу перестройку не позорили и приучались жрать ханку евродемократически, то есть маленькими порциями. Конец у нашей перестройки подкачал, лажей все дело закончилось, но начало-то было - и тут никто не даст мне соврать – любо-дорого вспомнить).



- Не волнуйся ты так, дорогая Оленька, - улыбнулся тут господин Фортепьянов, поняв вдруг, какая хозяйственная девочка ему досталась. - Все в полном порядке. С моей, вернее, с нашей 60-ти процентной части всех тузопромысловых разведанных запасов, этим, как ты точно выразилась, дармоедам достается всего по полдоллара налогов с каждого децикубокилометра туза.

А с их государственной 40% части собственности с того же каждого децикубокилометра достается тоже не много - всего лишь по доллару.

Государство, как и все остальные акционеры, у меня тоже только дивиденды получает и больше ничего! За свои 40% акций всего лишь полтора процента от прибыли!

Ведь и тот и другой туз разделяется, как я тебе уже говорил, только по документам, а транспортируется, находится внутри моих тузопроводов, и поэтому разница не велика.

Ты не забывай, дорогая моя, что одна только Тузомагистраль, так сказать, «Дружба» - это больше чем БАМ, КамАЗ, ВАЗ и «Атоммаш» вместе взятые! Шесть ниток из Западной Сибири - из Уренгоя в Ужгород это шесть труб длинной 4450 км.! И проложены эти шесть труб -еще героическими совками -через вечную мерзлоту и тысячи километров болот, через Урал и Карпаты, через Обь, Каму , через твою Волгу, через Дон, через Днепр - всего через восемьсот рек!
И пока все это я держу в руках - Тузпром так просто у меня не отнять, - несколько патетически закончил свою речь Рор Петрович.

И тут же нежно и трогательно расстегнул верхнюю пуговку синего платья с золотым узором из люрекса, выпростал из черного бюстгальтера белую Оленькину грудь и стал ее целовать.



Я ли ни молодец? Украл сразу, и все, и подчистую, чтобы лодырям этим нечего было больше красть, и они принялись бы, наконец, работать.
Впрочем, почему украл?
Я свое взял, свое!
Раз я взял, значит именно мне и предназначено было взять – значит, сам боженька так решил.


Не все измываться ухарям, не все хрякам загребущим изуверствовать, не все лютовать заплечных дел мастерам – пришла, наконец, пора погулять на святой Руси и благородному человеку.
Вольница!
Хотя, если честно сказать, особенно разгуливаться не резон, особенно, справляя собственное благополучее.
Ведь это самое что ни на есть сокровеннейшее торжество!
Лучше уж втихаря заехать кому-нибудь в рыло, обратно по уху получить – вот и весь праздник.