November 3rd, 2012

РАЗГУЛЬНЫЙ КЛЕРК

РАЗГУЛЬНЫЙ КЛЕРК


О книге Лоренсо Сильва «Синдром большевика»
(Изд-во «Symposium», Санкт-Петербург, 2003 г.
240 стр. тираж 5000).
ISBN 5-89091-225-9
(Опубликовано в газете «Книжное обозрение» 18 августа 2003 года и на сайте «knigoboz.ru»)

Сюжет романа испанца Лоренсо Сильвы по-набоковски прост и эпатажен: герой - тридцатилетний банковский клерк, «заторчал» на старшеклассницу. Изощренный внутренний монолог героя , от лица которого и ведется повествование, отличает высокая интеллектуальность и скрытая сексуальность. Подобный коктейль в состоянии привести читателя даже на парижскую могилу Оскара Уайльда, где поневоле вместе с героем изумляешься разнообразию горестных записок молодых педерастов. Меж тем, подлейшая сущность натуры героя подталкивает роман к трагической развязке - ход повествования во многом состоит из анонимных, и ядовитых телефонных звонков которые озабоченный клерк делает ближайшим родственникам будущей жертвы. Кстати, завязка тоже очень оригинальна – небольшая автомобильная авария. И вот, после удручающе скучного банковского дня, клерку (так хочется добавить – и автору) необходимо развлечься, а внезапно вспыхнувшая любовь к нимфетке – занятное времяпровождение, впрочем, лежащее на поверхности еще со времен написания «Лолиты».

«Продвинутость» героя видна невооруженным глазом - текст искриться аллюзиями и реминисценциями, на блестящем фоне которых нехитрая канва повествования кажется не столько законом жанра, сколько любезностью автора. Невольно вспоминаешь, что мантры, камлания в наше стремительное время хороши и сами по себе. Внятная, несколько торопливая концовка, в которой совершенно случайные бандиты на пустыре выволакивают бедную нимфетку из шикарного автомобиля клерка и зверски убивают ее – действительно неожиданность. Казалось, что дело вот-вот дойдет хотя бы до занятий любовью.

Однако, в католической стране заниматься любовью с нимфетками лучше только в вагоне метро, над страничками писателя Лоренсо Сильвы. Поэтому герой мысленно перевоплощается в большевика-чекиста (откуда и пресловутый синдром) который, прежде чем расстрелять Великую Княжну Ольгу, дочь императора Николая II , над ней или над ее бездыханным телом вдоволь куражиться и измывается.

Над столом банковского клерка висит портрет семьи последнего русского Императора, и вот он и дошел до такого мысленного паскудства, до которого даже пьяные чекисты в разгульном восемнадцатом годочке не доходили.

Похоже, читателю вместе с героем модного испанского писателя, предлагается мысленно поучаствовать в симулякре, и присоединится к воображаемой групповухе с Великими русскими княжнами. Ведь за сопереживания в метро мыслительного педофила не посадишь - из-за колесного шума его не отследить даже через провайдера.

Сексуальные экскурсы в русскую историю точнее, в ее олитературенный суррогат, видимо, не попадают под табу в католической стране.

У предводителя испанских анархистов Дурруги, очень кстати упомянутого в романе, родился незаконнорожденный внук – последователь контр-культуры американских шестидесятников – назовем его «нравственный анархизм». И писатель Лоренсо Сильва, культурологически протестуя против культуры, вослед шестидесятникам накалывает свои скромные полюса «в мокром космосе» (Бродский) мирового гендерного разгула.

Немаловажный нюанс: журнальная версия романа была опубликована в «Новом мире» ( под названием «Слабина большевика №7,8 за 1999 г) «Как в каждом человеке во мне есть что-то революционное… Во всей русской революции меня больше всего поразил большевик, который дал слабину и погряз в порочной страсти к дочери тирана. Возможно, такого большевика и не было, и бесспорно, что тот бунт был эпической кульминацией мощного верования».

Модный испанский писатель посвятил книжицу своим дедам - Лоренсо и Мануэлю, которым хочется от души позавидовать.

Ведь деды-то наверняка этот вздорный романчик не читали, а читали «Назидательные новеллы», где другим - тоже испонским автором сказано: «все повести сборника – моя полная собственность; сочиняя их, я никому не подражал и никого не обкрадывал».
Автор – тоже писатель по фамилии Сервантес.

Владимир Даль - СОБИРАТЕЛЬ РУССКОГО ЯЗЫКА

ДАЛЬ ВЛАДИМИР ИВАНОВИЧ -
СОБИРАТЕЛЬ РУССКОГО ЯЗЫКА

Россия вела войны непрерывно четыре столетия.
И все эти четыре века империя расширялась со скоростью 54 квадратных версты в день, и расширилась до того,
что стала неуправляемой. Это было ясно уже Витте, который первым предложил уменьшаться, чтобы сохраниться России как государству.

Несомненно царский менеджмент был в высшей степени удачным - со времен Куликовской битвы Россия завоевывала для себя жизненное пространство.

Даже такое мирное казалось бы дело, как составление «толкового словаря живого великорусского языка» стало возможным исключительно благодаря тому, что военный хирург Даль записывал и вятские, и тамбовские, и курские значения и выражения, отнюдь не пробираясь с гусиным пером в руках по глухим деревенькам. Даль никогда бы таким образом не смог и не успел столько услышать и записать слов и выражений.

Военный хирург Даль служил почти 30 лет и принимал участие в русско-турецкой войне, в подавлении польского восстания, в хивинском походе.

Даль ввсегда работает в дороге - переезжая из конца в конец с командировочными предписаниями – с подорожными - с войны на войну.

Вокруг Даля говорили солдаты, призванные на службу изо всех российских и малороссийских губерний. В полковом же обозе шла телега, груженная записками Даля, которая иногда терялась, но всегда -слава богу! -потом находилась. Самыми урожайными годами на слова и поговорки были для Даля годы его военной службы в действующей армии – причем постоянно действующей.

Раздача земель дворянам, и отмена крепостного права, по сути тоже были менеджерскими попытками структурировать бескрайнее малозаселенное пространство, чтобы хоть как то его контролировать и им управлять.

Одного русского языка, как объединяющего и управляющего фактора – не хватало. Во многих владениях говорили на своих наречиях и языках. Еще Екатерина Великая широкой рукой то и дело презентовала своим придворным свои, точнее «государственные» земли, и Россия была вынуждена вновь и вновь расширяться, чтобы самодержцам было что раздавать.

Освобождение крестьян потребовало следующего шага, направленного на улучшение управляемости - выделения наделов в соответствии с проявленными этими крестьянами деловыми качествами (столыпинская реформа).

Когда благодаря всем этим попыткам удалось таки «вырастить гражданина», этот самый «новый русский» гражданин, едва только осмысленно огляделся вокруг, тут же принялся за террор, который рассматривался социал-революционерами как средство управления! Сегодняшние наши взрывы – слабое эхо того большого террора.
Напомню, что было взорвано, убито из огнестрельного оружия 23 (двадцать три!) тысячи особ царской крови, дворян, полицейских и пр. лиц, а в ответ на «столыпинских галстуках» было повешено почти три тысячи бомбистов! Таким образом сталинский менеджмент, основным средством которого был револьвер системы наган, отличался от столыпинских реформ все лишь на два порядка.

В России в результате мудрых или неожиданных преобразований всегда плодились только казнокрады.

«Я ли ни молодец? У меня ли дети ни воры?» «Что ворам с рук сходит за то воришек бьют.» «Вор на воре вором погоняет»– народные поговорки с нашего компакта - Далем записанные - актуальны и по сей день.

«Все наши реформы, в сущности, ведут только к увеличению чиновников» – деликатно добавил еще Достоевский.

В наше же время решено было прекратить чиновничье воровство самым кардинальным образом – украсть сразу, и все, и подчистую, чтобы нечего было бы больше воровать, а «наши люди» принялись бы наконец работать.

Раздача госсобственности комсомольским вожакам в точности повторила екатерининскую раздачу «государственных» земель. Кстати и беловежский развал был неудачной, пьяной попыткой оптимизировать управление чрезвычайно громоздким объектом, до полной утраты контроля над ним.

По Далю: «Раздал всем – остался ни с чем». А «раздавец» по одному из значений – еще и казначей!

Подобное структурирование и есть наша история.
Россия всегда реформировалась и потом всегда противилась этим реформам, потому что население полагало, что высший менеджмент должен заботиться его благополучии. Хотя, разумеется, императоров, и генеральных секретарей, и президентов заботила и заботит только управляемость.

Исконное тотальное воровство – результат медвежьего менеджмента - на сей раз прикрыли «гоняя обезьяну» с ваучерами за «две «Волги» и даже название дали подходящее – возрождение капитализма - тем самым, это воровство оправдав. На сей раз были розданы ни только земли с крестьянами, но и месторождения, и заводы с низкими технологиями. (Высокие технологиями можно «дербанить» только вместе с их носителями.) Новые дворяне-собственники в нужный момент оказались около щедрой и дающей руки – возле, а потом и внутри Белого дома.

Подлинным тупиком менеджеров-«раздавцев» является сейчас невозможность раздать еще земель - населенных крестьянами или застроенных сталинскими заводами, поскольку все уже роздано.

Традиционным же языком, давшим возможность понимания всех этих эсхатологических процессов, как был так и остался русский язык, систематизированный, то есть собранный по алфавиту и объясненный – армейским хирургом Владимиром (Иогановичем) Далем, первым русским системщиком с датской кровью в жилах.

ТЕМЫ ЛЕКЦИЙ

ТЕМЫ МОИХ ЛЕКЦИЙ:

1. Молодежный язык как форма свободы. Язык музыкальной тусовки,
сексуальный сленг, «американизмы», внедрение блатной фени в молодежный сленг, проникновение ущербных языковых форм в официальный язык - рекламы, газет и телевидения. Постсоветский молодежный жаргон как отображение изменений в обществе. Местные, районные и другие языковые ареалы.

2. Переводчики - жертвы и халтурщики, ремесленники и
плагиаторы. Переводческая эпоха советской литературы - переводы «братских литератур», грузинские стихи Сталина как толчок к развитию всей переводческой литературы. Анализ «Строф века-2» - уникальной антологии переводной поэзии. Несуществующие поэты и их переводчики. На основании собственных статей и переводческой деятельности.

3. Песни - тексты песен и подтекстовки.
Законы песенной драматургии. Кто и сколько платит за песни - кто «заказывает и заказывал» музыку.
Текстовики и их судьбы. Авторское право и судьба авторов песен в СССР и в России. Количество музыкальных звукозаписывающих студий и качество песен. Кража оркестровой музыки. Худсоветы и рынок в качестве худсовета. Язык песен - искусство повтора. Шлягеры, шлягворды и их создание. Собственные песни - загадка шлягеров. Пираты и объем краж музыкальной продукции. Нелегальные концерты - налоги и песни.
14 тем Collapse )