July 29th, 2015

"За пеленою лет, в пространной дымке снов..." - 28 лет от создания до публикации.

***
Отвык работать или просто бросил,
А может быть, навеки замолчал.
Но непременно приходила осень,
И наносила клейкости ремесел
Какой-то вред, не видимый очам.

Он был поэтом только иногда,
Как иногда болотная вода
Бывает облаком на синем небосводе.
Зимой, весной осеннейший поэт,
Он вдруг терял прозрение и свет,
И изменял и смыслу, и свободе.

Он верил в то, что день придет великий,
И в нем несовершенное умрет.
И что в природе мудрой и двуликой
Всем умереть дано, чтоб стать элитой,
И вновь взлететь на синий небосвод.

Он к пустоте был исподволь готов,
И с наступленьем первых холодов
Он умирал душою ежегодно.
Но как летели по ветру леса,
В нем новые рождались голоса.
Он мало жил, но жил он превосходно.
1970 г.
Стихотворение впервые опубликовано в "День поэзии 1972"

ГОЛУБИНЫЙ ШУМ

Над площадью не слышно голубей, -
В моем краю летают птицы шумно.

Я видел голубятню: это храм
Огнепоклонников.
Храм сложен из камней
Задолго до принятия христианства, -
И капище осталось уж без крыши,
И только стены с нишами вокруг,
Высокие, кривые и без окон.

С одной стены растет под небом куст,
А ниже камни, камни и земля.

Но вот приходит мой веселый друг,
Из ниш сырых он по двое берет
Урчащих, разноцветных голубей, -
Подбрасывает птиц повыше, вверх,
Чтоб кончились бы стены - взмахам крыл
Привольней начинаться в небесах!

И голуби летят, и крыльев плеск,
Трепещущий, просторный, очень громкий,
Шумит, как не шумел святой огонь.

И там проходит время не бесследно:
Шум пламени стал шумом голубиным,
Мне кажется, на несколько веков.

А между тем, мой друг кричит, свистит,
И машет синим флагом на шесте,
Швыряет зерна щедрыми горстями,
И голуби переполняют храм...
1971 г.
Люсиновская улица.
Стихотворение впервые опубликовано в “День поэзии -1972”,

* * *
Люблю Москву я вдоль путей трамвайных,
Москву ларьков, заборов, тупичков,
Церквушек замкнутых и скверов беспечальных,
И домиков пришибленных, случайных
И тихих, затаившихся дворов.

В такси по городу роскошно я шныряю.
Но вот в трамвай какой-нибудь сажусь,
И переулки первооткрываю;
Я благодарен сонному трамваю:
Смотрю в окно - гляжу, не нагляжусь.

Я, может быть, последний посетитель
Сих скудных мест. Все сроют, все снесут,
И молодой придет градостроитель,
Потом придет просторных комнат житель.
Ну, а пока трамваи здесь идут.
1972 г.
Учился я в аспирантуре ГЦОИФКа.
35 лет до этого в этом же институте учились мои родители.
Тогда институт назывался -Государственный центральный Ордена Ленина Институт физической культуры им. Сталина.

Мать перед войной толкнула ядро на 9 метров 27 см. и об этом написали в институтской газетеhttp://alikhanov.livejournal.com/18612.html

Памяти матери - http://alikhanov.livejournal.com/19792.html
"И даже Мухина слепила с тебя колхозницу с серпом..." - http://alikhanov.livejournal.com/79620.html

Горемычкинские тройки - http://alikhanov.livejournal.com/80440.html

Отец стал тренером по борьбе - http://alikhanov.livejournal.com/24193.html

В 1972 году Институт физкультуры с улицы Казакова перемещался на Цветной бульвар.
Долгим трамвайным маршрутом - в целях экономии - я добирался до Преображенской площади. Оттуда автобусом до Цветного бульвара.
Трамвайный билет стоил 3 копейки, булка с изюмом - 9-ть копеек.

Это стихотворение в том же году было опубликовано в "Дне поэзии 1972 г."





* * *
Виктору Конецкому

Скелет кита на берегу Анголы -
Заметный, белый, высохший, тяжелый,
А мимо проплывают корабли.
Взлетает водяная пыль прибоя,
И небо океана роковое
Вновь осеняет кроткий лик земли.

А на рыбацком ветреном погосте
Нетленные в земле хранятся кости, -
Над ними крылья черные крестов.
А океан крошит тела и души.
След смерти сохраняется на суше,
А в океане нет ее следов.

Фрегаты оглашают берег голый...
Скелет кита на берегу Анголы
Как чья-то нестареющая весть.
И морякам красивым и беспечным
Он знать дает напоминаньем вечным:
Пусть нет следов, но смерть в пучине есть!
1973 г.

Виктор Конецкий предложил мне написать стихи на эту строчку - "Скелет кита на берегу Анголы" - которая родилась у него, когда он проходил - в качестве капитана корабля, вдоль берегов Анголы.
Виктор Конецкий включил это мое стихотворение из в одну из своих книг,
так же оно было опубликовано в журнале "Юность".
Письмо Виктора Конецкого - 18 мая 1980 года -
http://alikhanov.livejournal.com/44797.html



ЗИМНИЙ СОНЕТ

Где ж тайный взор души, чтоб прозревать ни слово,
Ни чувственность свою, а нежный образ твой.
Меня не ослепил блеск снежного покрова,
В снегах я поражен ни снежной слепотой.

Стесненный космос мой зима сужает снова:
Чуть вздрагивает ель над скованной рекой -
Когда же застит лес ночной морозной мглой,
Становится ясней, как родина сурова.

За светлой далью дней, и за пределом зренья,
За пеленою лет, в пространной дымке снов,
Я робостью своей был скован был оков.
И вот теперь всю жизнь все длятся те мгновенья -

Ты убегаешь вдаль, как лыжница скользя.
Ты здесь, ты все же есть, но высмотреть нельзя.
1974 г.
Опубликовано в «Новом журнале» 2002 г.


ПРИЗЫВНИК

Отбой! Успей залезть под одеяло!
Хотя б и в сапогах - успей залезть.
Ты не солдат. Но времени не мало -
Тебя еще научат спать и есть.

Наука не сложна - два, три наряда,
Почистишь и помойку и гальюн.
Ты просвещен, и окрылен и юн.
Но в сапогах! Под одеяло! Надо...

Подъем! Уже ты первый на ногах.
Бежишь под дождь на физзарядку. Браво! -
В надетых без портянок сапогах
Ты упражненья делаешь коряво.

И этому научат. Может быть,
Через недельку, может быть, быстрее.
А сам учись, как родину любить,
Хотя наука эта посложнее.

Ее одолевать ты будешь сам,
Когда в себе почувствуешь солдата,
И присягнешь полям и небесам
Служить, работать, умереть, как надо.
1974 г.
Стихитворение опубликовано в "День поэзии 1974"


***
У дороги на Ржев, среди рек, лесов,
На сыром картофельном поле
На ведре сидит Эдуард Стрельцов -
Эпоха в футболе.

Выбирает и выгребает он
Из грязи непролазной клубни,
А в Москве ревет большой стадион,
Отражаясь в хрустальном кубке.

Вся страна следила за пасом твоим,
Бедолага Эдик.
Ты прошел по всем полям мировым
От победы к победе.

Но нашел ты поле своё.
У него вид не броский,
Слышь? -
Отсидел ты в Новомосковске,
На ведре теперь посидишь.

А в Бразилии выезжает Пеле
Из дворца на своем лимузине.
На водку хватает тебе, на хлеб,
Сапоги твои на резине.
Бекенбауэр, вы негодяй! -
Вы торгуете собственным именем.
А у нас поля чуть-чуть погодя
Поутру покроются инеем...
Называли тебя величайшим гением
Сэр Рамсей, Бобби Мур.
Не обделил тебя бог и смирением.
Кончай перекур!
1974 г.
Волоколамск.
Стихотворение опубликовано в 2000 году в "Антологии русской поэзии 20 века"

Ребус

И у дней лета,
как и пустых ночей зимы,
ничего больше нету -
только то, что дарим друг друг мы...



Исполняет Стелла Джанни.
Музыка Светланы Кулеминой, стихи Сергея Алиханова


Cкачать Ребус Стелла Джанни бесплатно на pleer.com

"Фонтаны Флоренции» - история создания песни

"Фонтаны Флоренции»

Музыка Виктор Гуревич -
Стихи Сергей Алиханов


Ветер здесь, да песок,
Одинок дом у моря.
Жаль, нельзя, вдаль скользя,
Затеряться мне на просторе.

Вновь мне Флоренции снятся фонтаны,
В синее небо взлетает вода.
Если ты мне как и прежде желанна,
Мы ещё вернёмся туда.

На прибой я взгляну,
Распахну в небо окна.
Пусть волна, как стена,
Без меня ты так одинока.

Вновь мне Флоренции снятся фонтаны,
В синее небо взлетает вода.
Если ты мне как и прежде желанна,
Мы ещё вернёмся туда.

Поет Дима Билан


Cкачать Дима Билан Фонтаны Флоренции бесплатно на pleer.com

История создания песни

Позвонил Женя Скрипкин и спросил:
- Ни твоя ли песня "Фонтаны Флоренции".
- Да,- я ответил - моя. Дима спел ее часа за два, получилось хорошо, но Паша (звукорежисер Билана) так ее потом и не свел.

Вскоре Айзеншпис умер, все закрутилось, а песня так и пропала.
- А музыку кто написал?
- Виктор Гуревич.
- Я так и думал - по мелодичности похоже на него.
Посмотри на "Яндексе" - там ваши "Фонтаны Флоренции" на 230-ти тысячах сайтах.
Я набрал и изумился - песня,оказывется, совсем не пропала, а из компьютера Паши кто-то скатал ее, выставил в сеть и она полетела, как на крыльях.

Песня "Фонтаны Флореции" зарегистрирована в РАО.

Но авторов никто и нигде не указывает.

"Фонтаны Флоренции" - подтекстовка - мелодия была вначале.
Слова я написал ночью , хотя обычно работаю утром.
А тут проникновенная мелодия зацепила - и часа через два песня была готова.
Гуревич попросил поправить одно только слово.