July 19th, 2016

Бачок для проявления фотопленки. Что уже не вернется...

Untitled
Конец пленки зажимался между, потом пленка наматывалась на бабину под пальто, закрытым еще одеялом.
Руки под пальто просовывались сквозь рукава - в направлении против обычного надевания пальто.
Качество намотки проверялось на ощупь.
Бачок с пленкой закрывался крышкой еще под одеялом, чтобы пленка не засветилась.
В бачок наливался сперва проявитель нагретый до определенной температуры. Через 10 минут проявитель сливался обратно в бутылку - раствор был годен на 12 пленок. Потом пленка промывалась и наливался закрепитель. Во время проявления и фиксажа зажимы время от времени покручивались по стрелке на крышке бачка -
Untitled
Потом пленка сушилась.
Бачок для проявления фотопленки уже никогда не понадобится...
Фотографией я занимаюсь с 1961 года - пристрастил, и всему этому научил меня отец -
Иван Иванович Алиханов.

Рим, Базилика Константина - фото-воспоминание.

SAM_2167
***
Базилика – античный храм торговли,
В тени времен и честность, и обман.
Пустырь, и пыль, и не осталось кровли,
Стал прахом Константина истукан.

Здесь в Риме на втором, далеком стуле
Он восседал насуплено и зло, -
Ступня, и перст, и грозное чело
Ни разу проходимцев не вспугнули.

2010 г.

Рим - площадь цветов. "Так правотой они светились..."

SAM_1553
***
Ты в бубен бьешь, танцуешь ловко,
Бурлит и пенится похлебка,
И льется через край котла.
Тебя, как и во время оно,
Отметил жест центуриона,
Но сходка маску сорвала.

Твой реквизит давно не новый
Не катит в бытности суровой -
Сквозь частокол глядит луна.
Все пляшешь средь костров усердно,
Судьба к шутам немилосердна -
Им не положена она.

2001 г.

* * *
Доступен был и не заносчив,
Не раб, но и не господин -
Вольноотпущенник, доносчик,
Он сделался необходим.

Неслышно шастал по хоромам,
Чтоб на ушко потом шептать.
С патроном рядом похоронен -
За Летой слухи собирать...


* * *
В мельканье лиц непостижимом,
Сойдя с дорог, ведущих в Рим,
Борцы бесстрашные с режимом
Исчезли сразу вслед за ним.

Так правотой они светились,
Что гусениц взнесенный вал,
Когда они под танк ложились
Над их телами застывал.

А шлемофон гудел не слабо,
Чтобы давить, не тормозя.
Интеллигенция, как баба
Себе купила порося.

Попятилась, прошла эпоха
И лагерей, и трудодней.
И тут же с сердцем стало п
лохо,
И поспешили вслед за ней...
Журнал «22» 2006 г.
http://magazines.russ.ru/novyi_mi/1999/12/alihan.html