August 23rd, 2016

"И когда лунным светом объят старый мостик – шаги зазвучат, что давно отзвучали..."

Старый мостик в Ботаническом саду
Старый мостик в Тбилисском Ботаническом саду - 1964 год.

Снято с задержкой отцовским Фотоаппаратом "Contax -2"

Из Реваза МАРГИАНИ

Я ПРИЕДУ В МУЛАХИ

Обязательно в этом году
Я приеду, к земле припаду,
И песок не стряхну я с рубахи.
И листва затрепещет вокруг,
И закончится время разлук, -
Я приеду в Мулахи.

И, пройдя по истертым камням,
Узким улочкам я передам,
Как без них я исполнен печали.
И когда лунным светом объят
Старый мостик – шаги зазвучат,
Что давно отзвучали.

И, как в детстве, опять и опять
Этим воздухом буду дышать
Как смородина, горьким и сладким.
Поброжу я и в рощах моих,
Только мне не обидеть бы их
Посещением кратким.

Так лишь в давние было года –
Прерывалась дорога туда,
Не хватало Сванетии соли.
И Мулахи – какой вот уж год! –
Точно так же мне недостает.
Время прервано, что ли?..

Там несуетное бытие,
Словно кремниевое ружье,
Перешло из седьмого колена.
Там заждались коса и трава.
Все ненайденные слова
Там найду непременно.

Там и прошлое скрылось на срок –
Беспокойное, как ветерок,
Вдруг мелькнет чередой легкокрылой.
И мгновения жизни самой
Раздвоятся, и снова со мной
То случиться, что было.

Девять братье делили орех,
И хватили, хватило на всех.
Жизнь свою доживаю без братьев.
Я бы сердце свое разделили,
Я бы душу свою им открыл,
А не только объятья.

Очень скоро в Мулахи вернусь,
И заплачу я и засмеюсь.
Наши башни ветра не согнули.
Вот доделаю эти дела
И поеду домой. Так пчела
Возвращается в улей.

"О рыцаре Руна – от первого лица, а о себе - все больше от второго..."

IMGP3634

Венеция, фото-воспоминание.

ДЕКАДЕНТ

В.К.
В Венецию, сквозь все средневековье,
Фриульским берегом, неслышим и незрим,
Он в мыслях брел…
Любил же только Рим –
Латинский текст лежал у изголовья.

Вторичностью заката без конца,
В «тупых» прогулках пробуждалось слово –
О рыцаре Руна – от первого лица,
А о себе - все больше от второго.

2004 г.

"Айя-Софии возвышая купол..."

IMGP4391

* * *
Колонны, что обрушил Герострат,
Опорой кладки в толще стен стоят, -
Айя-Софии возвышая купол.

Имперский соблюдая интерес,
В Константинополь, обделив Эфес,
Порфир зеленый, как китайских кукол,

Как обелиски из Египта в Рим,
Как зеков в Магадан, в морозный дым,
Триремами, и в трюм - всегда вповалку:

Логистика для Клио не важна,
И по морю нас все везет она, -
Ни денег, ни столетий ей не жалко.

2010 г.

"Запах краски не выветрится никогда из твоей торопливой прически..."

Агитпоезд
Выступление в Агитпоезде.

НАДОМНИЦА

К занавешенным окнам садишься спиной, -
И, быть может, спасаешь рассудок,
С кропотливым терпением нитью цветной
Повторяя нехитрый рисунок.

Здесь в прибежище тайном* ручного труда,
Где в подрамник сколочены доски,
Запах краски не выветрится никогда
Из твоей торопливой прически.

И от тяжкой медлительности ремесла,
И фактуры понурого плена,
Лишь одна быстрота твоих рук и спасла
Уходящий мирок гобелена…


1983. Тбилиси
*работа “надомниц” - портних, вязальщиц, вышивальщиц и пр. в “совке” преследовалась.

* * *
На этой океанской широте,
где в сотни верст ветра берут разбег,
в какой невыносимой тесноте
работает и служит человек.
В отсеке узком, в трюме, в цехе узком –
великое терпенье в духе русском!

Берингово море, 1984 г.

* * *
Приятель мой, нищий киношник,
Оставленный славой, женой,
Бродяга, хвастун, полуночник,
Заехал однажды за мной.

И с ним мы немедля помчались,
Погнали, пошли, понеслись,
И вроде неплохо набрались,
Но все еще не добрались…


1984 г. Москва.

* * *
Поденщик чудотворства, вычеркивай слова, -
Все в творчестве так просто - заслышилось едва,
И чувство - не порука, и смыслу вопреки, -
Тень звука: мука звука - рождение строки.

1984 г.

* * *
Стараниями псов не разбредалось стадо.
И не сводя с костра задумчивого взгляда,
Мне говорил пастух,
вернее, мыслил вслух
О том, как дольше жить, и что же делать надо.

Жить в поле, у реки, в берлоге, хоть в пещере,
От ветра и дождя не прятаться за двери,
Тогда исчезнет страх,
и людям в их делах
Вновь станут помогать животные и звери.

К нам подбегали две огромные собаки,
И вновь через кусты, болотца буераки
Они гоняли скот.
Пастух же без забот
Со мною толковал, псам подавая знаки.


1984 г. У Припяти, Полесье.