October 21st, 2016

Эти песни были и остались частью нашей жизни.


Виктора Дюнина - автора слов песни “Белый теплоход” -благодаря моей рекомендации, год назад приняли в Союз писателей России. Сама же рекомендация стала весьма популярна в Сети:

Имя Виктора Дюнина привязано ко времени, осталось в нем.
Люди - советские люди, танцуя под песни на его слова, которые пел Юрий Антонов, пели "Синяя птица", "Лейся, песня", были счастливы, признавались друг другу в любви.
Эти песни были и остались частью нашей жизни.
Вспоминая события своей молодости, я невольно - далеким фоном - опять слышу эти замечательные песни.
Мне - как члену Союза писателей России со стажем с 1968 года - до сих пор стыдно, что стихи величайшего русского поэта Владимира Высоцкого были опубликованы при его жизни только один раз в "Дне поэзии".
Что в Союз Советских писателей Владимира Высоцкого принимали посмертно.
Не знаю - приняли ли, был ли "поставлен вопрос" о его бессмертном имени "на поэтическом бюро"...
Какая же все-таки неприглядная вышла та история.
Прекраснейший поэт Леонид Дербенев - песни которого поют и любят, и будут петь еще очень и очень долго - http://alikhanov.livejournal.com/1257235.html, был так унижен отказом в приеме в Союз писателей СССР, что тяжело заболел и умер.
Я второй раз рекомендую Виктора Дюдина - замечательного поэта, сценариста, очень трогательного и, к сожалению, уже пожилого человека в Союз Писателей России.
Примите его в наш Союз. Не надо множить трагические ошибки.

Сергей Алиханов

Екатерина Громова - Президент Клуба "Петра и Февронии" - 28 октября! - очередной Бал!

IMG_3935
Екатерина Громова - Президент Клуба "Петра и Февронии" - 28 октября! - очередной Бал!

IMG_0203

IMG_3900
Екатерина Громова и танцмейстер Александр Аношкин.

"Свободы нету за морем, - она лишь там, где ты..." - Стихи и события 1980 года

IMG_0203

***
И снова полнится земля молвой ли, слухом -
Услышу строчку, запишу, воспряну духом...


* * *
Как же значительно было тогда
Ехать верхом в Арзрум.
Видимо в лайнерах наша беда -
Стал верхоглядом ум.

Будем на пляже лежать, загорать,
И улетать невзначай.
Как же значительно было сказать
Черному морю: "Прощай!"


ПТИЦЫ

И когда я газетку беспомощно смял -
Лжи и фальши страницы,
На завистливом взгляде себя я поймал -
Как парят эти птицы!

Где б я был, если б мог выбирать, где мне быть:
В государстве негодном,
Или там, где уже все равно, где парить,
Бесконечно свободным.


Публикация в журнале "Новый мир" - http://magazines.russ.ru/novyi_mi/1999/12/alihan.html

***
В Италии, оставленной на произвол судьбы,
Вдруг подняли восстание голодные рабы.

Отсюда крикнуть я хочу: - Спартак, иди на Рим!
Не верит он, что по плечу ему сразиться с ним.

Идет погоня по пятам. А мне известно тут,
Что он сейчас узнает там - пираты предадут.

Но главное - то самое, в чем корень всей тщеты:
Свободы нету за морем, - она лишь там, где ты.

Через века ему кричу, не слышит он никак:
- Тебе лишь это по плечу. Иди на Рим, Спартак!


Стихотворение вошло в антологию журнала "Юность" за 25 лет издания.

***
В молве ты уловить не можешь весть -
Все тянешься, хватаешь воздух ты.
Все кажется тебе - в пространстве есть
Какая-та возможность высоты.

И снова не хватает сил твоих...
Так осенью десятки раз на дню
Грачи взлетают, ветер сносит их,
И птицы вновь садятся на стерню.


* * *
Я снизойду, ко мне ли снизойдет
Искусство говорить о незаметном -
О том, как тополь тянется, растет,
Как корни ищут ход подземных вод,
О мхе зеленовато-желто-бледном.

Не от того быстрей ли самолет
Пересекает небосвод тревожный,
А от того, как дерево живет,
От долгого пути подземных вод
Зависит наш успех неосторожный.

1970-1980 г.
Впервые опубликовано в Альманахе «Поэзия» 1982 г.

***
О будущее, как же светел
Твой свет в моем ночном окне!
А я ведь сразу не заметил,
Что ты уже пришло ко мне.

Под крупноблочную-то кровлю
Хоть и не звал - да не гоню.
Есть захочу, так приготовлю,
А если счастья - позвоню.


***
То время, как мхом, поросло быльем,
был грохот его не слаб.
Мое представление смутно о нем -
из широкополых шляп.

Лишь грация танца вернуться смогла,
минуя и небыль и быль:
И танго звучит - соскребает игла
полувековую пыль.

Молчит репродуктор его вечевой,
набрал воды в рот.
Так утварь оказывается под землей,
как только эпоха пройдет.
26 ноября 1980
Юрий Орлов - письмо о стихотворении "То время, как мхом, поросло быльем..."
http://alikhanov.livejournal.com/100244.html

***
На разных мы брегах родного языка,
И разделяет нас великая река.

Сумею одолеть едва-едва на треть -
Я буду на тебя издалека смотреть.

И буду говорить, твердить, как пономарь,
Какие-то слова, что говорились встарь.


* * *
«Ты сам свой высший суд.»
А. С. Пушкин

Вновь сам свои стихи ты судишь беспристрастно,
И видишь, что они написаны прекрасно!

Но все же никогда не забывай о том,
Что судишь ты себя не пушкинским судом.

Хотя в душе твоей восторг и торжество –
Твой суд не превзошел таланта твоего.


* * *
Верхневолжьем, среди перелесков, полей
Я на родину матери ехал моей.
Я плотины и памятники миновал,
И места по рассказам ее узнавал.

Вот и Кимры, где ярмарка прежде была,
Торговала, гуляла, пила да сплыла.
А тогда день-деньской продавали на ней
Тес и мед, осетров, лошадей, соболей.

Здесь опять в воскресенье собрался народ,
Ах, глаза б не глядели - что он продает!..
По Горицам пройду. Здесь три раза на дню
Узнаю я по дугам надбровным родню.

А Мартынцево близко. Бегут зеленя.
Вон, под вязами! Сердце обгонит меня...


Стихотворение было впервые опубликовано в журнале "Огонек".

***
Обошелся ты со мной не по-людски.
На меня-то, в самом деле, наплевать.
Только плохо, что тебе теперь с руки
И того, который следом, унижать.

Вдруг не выдержит прямящийся хребет
Беспощадного нажима твоего.
Ведь на нас с тобой надежды больше нет, -
Пощади же ты достоинство его.


***
Дочь
Хоронит мать-старушку.
И сама давно она состарилась. Всего лишь
Их разделяло восемнадцать лет.
Теперь она одна на целом свете.
Кадилом машет, звонко говорит
Священник, отражает темный свод
Его далекий голос. Три свечи
Мерцают в головах. И вот отпели.
Служительница ловкими руками
Все что-то поправляет. И, склонившись,
Дочь холодно целует мать свою...


Я часто в грустном доме их бывал.
Отец погиб, а может быть, пропал,
И надо было им сберечь друг друга.
Жизнь сузилась до маленького круга.
Потом, уже во времени ином,
Вдруг чайную беседу за столом
То мать, то дочь внезапно прерывали -
Испуганно друг друга окликали,
Как бы в лесу...
И снова разговор
Все теплился. Старушка говорила:
- Всю жизнь свою я маме посвятила.
А мне все время слышался укор.

Стихотворение впервые опубликовано в журнале “Юности”

***
А может быть и правы
Блюстители неведенья -
нельзя
Нам вынести историю державы,
И пусть прервется страшная стезя.
Зачем же на податливые плечи
Весь этот тяжкий скарб возгромождать,
И правдой запятнать и искалечить,
Позором знанья гнуть и унижать?..
Уж лучше бы, чтоб было неповадно
Гасить в глазах бездумной веры свет.
Неудержимо знанье, беспощадно,
В неведенье уже спасенья нет.
А если все ж решился - просвещая,
Не спекулируй знанием своим.
Они всегда молчали, умирая,
И говорят лишь голосом одним.
И с ужасом оттуда на невинных
Глядят, как на потомков палачей.
И белизною мыслей лебединых
Сияют лица женщин и детей...

Чтением этого стихотворения начинается телефильм "Блаженство бега" -
http://www.youtube.com/watch?v=Yv9i8SMBHUA
РТР студия "Лад" 1992 год - http://alikhanov.livejournal.com/312904.html

НА МЕГРЕ

Кружит и бьется, и гудит вода в пороге -
Тяни, тащи! Гляди вперед! Смотри под ноги!

Водоворот! Из-под сапог валун уходит.
А за нос лодку водяной как-будто водит!

Эх, завтра утром бы направиться в верховье,
И мудренее бы…
А все же врет присловье!

И вовсе незачем мне быть умнее жизни, -
Споткнешься в воду, как предашься укоризне.

Проходим волоком порог. Идти осталось
Еще немного, а потом совсем уж малость.

События и поездки 1980 года.
Вышла первая моя книжка стихов “Голубиный шум” -
после 8-и лет хождения в редакцию издательства “Советский писатель” - http://alikhanov.livejournal.com/1036218.html
ПИНОК ПАМЯТИ - http://alikhanov.livejournal.com/191141.html
Ездили весной на рыбалку.
В Тбилиси перевел много стихов.
Оттуда поехали в Леселидзе - дождавшись гонорара за большой корпус переводов от Коллегии по переводам.
Заплатили после того, как срочно перевел стихи Нишнианидзе - для какой-то комиссии.
Под осень - уже из Москвы - опять ездили к Белому морю на рыбалку.