November 11th, 2016

Перечитываю В.О. Ключевского.

SAM_5373
Перечитываю с компакта В.О. Ключевского.

Екатерина Великая, оказывается, неоднократно просила Вольтера написать историю царствования Петра I.
Вольтер отговаривался комплиментами.

Еще удивительная мысль историка: изобилие французской фрондерской литературы в России было повсеместным.
Литература эта полнилась призывами к свободе - к свободе от католицизма и феодализма.
Но ни того, ни другого в России не было!

Василий Осипович явно предвидел, что "освобождение" дворянства от службы, завещанной Петром, и призывы к свободе не понятно от чего, приведет Россию к трагедии двадцатого века.

Хотя за царствование Екатерины прибавилось 11 губерний, и в 4 раза увеличился доход казны - утрата дворянским сословием своего призвания и главного смысла существования чрезвычайно тревожила великого историка.

Петр III - «Забытый Император» - http://alikhanov.livejournal.com/1291914.html

МАТУШКА - ЕКАТЕРИНА

Хитрюга, ловкая проныра,
Принцесса остезейских стран,
С утра бежит из Монплезира
Освобождать рабов-крестьян.

А волю обретёт дворянство, -
Зачем служить? - пора гулять!
Нужны ей новые пространства,
Чтоб, раздавая, управлять.

Католика и феодала
Вольтер бичует и масон.
Век золотой - а денег мало -
Наживе новый дан закон!

Но все имперские излишки
Аукнутся наверняка:
Хоть на земле живут людишки,

Кровь посильнее, чем войска...
2011 г.

БАМовская тетрадь. 1985 год, декабрь.

CIMG9517
Мои выступления на БАМе.

***
Камеры храненья, кассы,
Лавочки, киоск, буфет,
В туфе лестницы, террасы,
Только пассажиров нет.

Всё! - мерзлотный путь готов!
Наконец добились цели -
Насыпи, мосты, туннели,
Только нету поездов.



* * *
Судьбу благословляю всякий раз,
Что я столбы не ставлю на морозе,
И мерзлый грунт я долблю сейчас,
А размышляю о стихах и прозе.

Опять за переводы сел с утра,
Чтоб оградившись странною зарплатой,
Мне не пришлось бы разводить костра,
Чтоб слой земли подался под лопатой.

БАМ, Северо-Муйский перевал,

***
И взором грустным и пустым
В окно замерзшее вокзала
Она смотрела, наблюдала
Придавленный морозом дым...

ТАКСИМО

Ночью вой услышал волчий, -
Нет, - опять лишь ветра вой.
Место где песок, да колчи*,
Обегают стороной
Волки.
Хороша сторонка! -
Даже снега нет зимо
Называется "возгонка" -
Так, не становясь водой,
Из метели испаряясь,
Исчезает в поле снег.

И под ветром пригибаясь,
Дом возводит человек.



* колчи - морозные кочки - местное слово


* * *
На читинской грузовой,
Где заждались эшелоны,
Только волей непреклонной
Жизнь идет в мороз лютой.

Минус сорок. Ветер, снег,
Гарь и горки ледяные -
В них колодки тормозные,
Отработавшие век.

Работяга бьет - размах
Скрадывает телогрейка.
В тех колодках нержавейка, -
Бьет на совесть, ни за страх.

Наледь скалывает, бьет, -
Лом в руках его летает,
Будущее приближает,
Сокрушая ломом лед...


* * *
Морозный БАМ, дорога из дорог -
Ритм молодости, перепляс судьбы.
Колесные тележки пляшут рок,
Года летят, мелькая, как столбы...

1985 г.

"Вот по этой теперь заросшей проселочной дороге мчались ямщики, горемычкинские тройки..."

сканирование0003

1 сентября 1987 года двоюродная сестра моей матери Варя Астраханова написала матери письмо:

"Недавно ездили мы с Толей на его машине под Горицы - 10 км. от Гориц - деревня Чухово, за брусникой.
Походила по лесам своей Тверской губернии.
Тянет родина, вечный зов предков - приди к нам!..
Прошла 2 километра по старинному тракту-дороге, на Стоянцы-Корчову.
Тракт шел из Гориц, через Вереинку, Болдеево, Никитское, Чухово, Пустыри, Стоянцы и дальше не знаю деревни.
Вот по этой теперь заросшей проселочной дороге мчались ямщики, горемычкинские тройки, ездили твой и мой отцы, такие тогда молодые, задорные к своим невестам...
Вот что рассказала мне и Толе та дорога, по которой мы шли с ним вместе за брусникой и все вспоминали, вспоминали...
Дядя Сережа
https://www.facebook.com/alikhanov.ivanovich/posts/10210810389358792?pnref=story
был крестным отцом Толи.
Он его смутно, но помнит.
До свидания. Обнимаю Варя"


Какая прекрасная проза!

Иван Горемычкин - прадед мой - держал в Горицах извоз, и это его тройки на старой семейной фотографии.

Международный пленер Кима Бритова в Центральном Доме художника.


Наталья Бритова и Александр Захаренко - вернисаж - Международный пленер Кима Бритова в Центральном Доме художника.