March 9th, 2017

“Оленька, Живчик и туз” - Вексельное обращение - 4 глава.

IMG_0518

Оленька, Живчик и туз” - врезки - http://alikhanov.livejournal.com/1483858.html
Роман висит на многих сайтах - http://bookzvuk.ru/olenka-zhivchik-i-tuz-sergey-alihanov-audiokniga-onlayn/

Зачем шельма Оленька Ланчикова, имея в ближайшей же перспективе решающий, скажем прямо, сексуальный контакт с охмуряемым Основным Диспетчером, берет с собой на прием влюбленного в нее с детских лет коротышку Пыльцова? Ведь это же не в первый и не во второй раз в самый ответственный момент Венедикту Васильевичу ревнивая кровь в голову шибает! По другому и не было никогда — Пыльцова хлебом не корми, а дай только устроить омерзительную сцену — будто ему наплевать на все в мире деньги, мужская честь ему дороже!

Но только тот, кто в деловых раскладах ничего не сечет, может подумать, что Оленьке помешал Венедикт Васильевич. А что получилось бы, зайди она в кабинет к тому же господину Фортепьянову без невзрачного на поверхностный взгляд напарника? Ведь тогда Оленьку ни у кого отбивать не нужно, она сама, в синем платье с золотым люрексом вроде Снегурочки заявилась, и знатному тузовику всего-то и делов — зипер спустить, да за волосы красавицу пригнуть. Ан, нет, не тут-то было! Оленька не дура, она при каком-никаком, но кавалере, без соперничества ее не возьмешь. Поэтому Рор Петрович и стал заливаться соловьем про тузопроводы. А кто издалека начал, тот не скоро кончит.

Выходя из кабинета Фортепьянова за автомобильной аптечкой, господин Пыльцов наверняка знал, что назад он больше не вернется — его роль сыграна. На пороге кабинета Венедикт Васильевич остановил и толкнул в грудь устремившегося в открытую дверь очередного тузопросителя:
— Там еще занято! — сказал он и, досадуя на свое второстепенное положение, пошел к лифту.

За те двенадцать минут, которые ему удалось пробыть возле главного вентиля России, ожидающих в приемной еще прибавилось. Венедикт Васильевич высокомерно прошел мимо Агрономов и Химиков, то бишь директоров предприятий и комбинатов. А зря он опять не посмотрел на людей!

Как только новокостромские аферисты прорвались к Основному Диспетчеру, из скопления тузопросителей выделился малозаметный человек с пухлым портфелем и устремился к бесплатному телефону, стоящему на каждом тузпромовском этаже.

— Игорь Дмитриевич! — зашептал он, как только сняли трубку. — Негодяи здесь! Я их только что встретил!

— Быть такого не может!

— Да, да! Они здесь, в Тузпроме! Заявились, как к себе домой, шныряют по кабинетам. Только что к Главному проскользнули! Мы их по всей стране ищем, а они на приеме у Рора Петровича!

— Неужели сам господин Фортепьянов их принял?

— А как же — первым делом! Я третий час в очереди сижу, а они шасть — и в дамках. Руки чешутся у хищницы Ланчиковой белобрысый клок выдрать!

— Без меня на них не нападай! Ты слышишь, Андрей Яковлевич?!

— Конечно, слышу.

— Задержи подонков! Во что бы ни стало! Через сорок пять минут я буду! — и Игорь Дмитриевич Мутрук бросил трубку.

Андрей Яковлевич поспешил в приемную.

— Блондинка с мальчиком еще там? — спросил он у очереди.
Несколько человек понуро кивнули. А через десять минут из кабинета вышел Пыльцов, горделиво вздернул голову и опять не заметил господина Детского, который спрятался за спинами очередников и прикрылся портфелем.

Венедикт Васильевич уехал вниз, Андрей Яковлевич поспешил за ним на другом лифте, и мимо пенящегося устья рукотворной реки, ниспадающей водопадами с беломраморных этажей, выбежал к автомобильной стоянке. Он увидел Пыльцова, который, озираясь, подошел к грязному «Ауди», открыл багажник, порылся, достал оттуда маленький ящичек с красным крестом на крышке, подумал о чем-то, швырнул аптечку обратно, с отвращением захлопнул багажник, сел на водительское место, но мотора заводить не стал.

«Все нормально! Сейчас Игорь Дмитриевич примчится с ребятами, и будем этих аферистов сажать на колья!» — прикинул ход дальнейших событий господин Детский, вернулся в гигантский тузпромовский холл и под успокаивающий шум фонтанов стал следить за развитием событий.

Помощник и банный друг Игоря Дмитриевича Мутрука - Генерального директора Атомного Ремонтно-Строительного Управления (РСУ-61), господин Детский попал в нежные, тогда еще не на каждом пальчике украшенные брильянтами руки Оленьки примерно год назад. Тут же счастливо выяснилось, что у Детского с Ланчиковой множество общих знакомых, и не просто множество, а практически все. Какую бы значительную фамилию ни называла Оленька, показывая Андрею Яковлевичу свои всеобъемлющие связи в российском деловом и научном мире, начиная от действующего директора Чудаковскай атомной электростанции (АЭС) господина Куропаткина Алексея Пинхасовича или от всамделишного академика, исключительную умницу и фанатика авиамоделиста Валерия Валерьевича Бобылева, создателя всей серии знаменитых ракет СС (за исключением гиммлеровских войсковых спецсоединений), и вплоть до главного лесоруба Звездиловского охотхозяйства мурашинского самородка Василия Зобова, не говоря уже о банковских, нефтяных и самых широких торговых кругах — всех господин Детский знал лично. Просто на удивление. Кстати, та первая встреча тоже произошла не в каком-нибудь чахлом скверике, а непосредственно в «Центратомсоюзе», в кабинете телеписателя Виссариона Ужимкина, по бедности подрабатывающего на пиаре в атомной промышленности.
читать Collapse )

"В столетиях смутных все смыслы мгновенны..."

IMG_8022

"Апраксину не отдавать Азов или отдать,
взяв сперва подписку, что король непременно будут отправлен."
История Петра
А.С. Пушкин

* * *
К Султану удрал пораженец полтавский -
Петр в этом увидел опасность, лукавство.

Карл вовсе не пленный! - Ни денег, ни войска,
Живет на Босфоре и взят на довольство!

У Порты стотысячный просит конвой -
Карл чрез Украину собрался домой!

Что турки? Где битая шведская доблесть? -
Не сходится вроде - все как-то, все то есть...

Врагом полоненным Султан козыряет,
И Петр ему крепость Азов возвращает!

Петр принял обмен для него равноценный!
В столетиях смутных все смыслы мгновенны...

"Колонны, что обрушил Герострат, опорой кладки в толще стен стоят..."

IMGP4391

* * *
Колонны, что обрушил Герострат,
Опорой кладки в толще стен стоят, -
Айя-Софии возвышая купол.

Имперский соблюдая интерес,
В Константинополь, обделив Эфес,
Порфир зеленый, как китайских кукол,

Как обелиски из Египта в Рим,
Как зеков в Магадан, в морозный дым,
Триремами, и в трюм - всегда вповалку:

Логистика для Клио не важна,
И по морю нас все везет она, -
Ни денег, ни столетий ей не жалко.

2010 г.