January 1st, 2020

Вика, Оля, Саша Крутые - Буду я любить тебя всегда. Новая волна - 2019

С Новым годом! С Новым счастьем!

"Буду я любить тебя всегда..."
Музыка Игорь Крутой - Стихи Александр Жигарев, Сергей Алиханов

"В окоеме взгляда быть вам, быть и быть..."



***
Славься, Божья милость! -
На душе светло.
Все уже случилось
И произошло.

У Христа не надо
Ничего просить -
В окоеме взгляда
Быть вам, быть и быть.

И родные лица,
Близких голоса,
С Ним соединиться
Идут в Небеса!

"Вовсе нет противоречья в трепетанье губ и свеч!.."






РИМСКАЯ ЛИРИКА


ФОРНАРИНА

С подмастерьем по Фарнезе
Шел однажды Рафаэль,
И, участвуя в ликбезе,
Он имел благую цель:

Он искал лицо Психеи,
Чтоб на все бы времена -
Встретил ты ее в музее:
Сразу видишь – вот она.

Тут навстречу – Форнарина!
Папа – местный хлебопек.
И пошла писать картина,
И пустилась наутек!

Было – ваше, стало – наше, -
Кто же в Риме без греха! -
Дал он золота папаше
За невесту пастуха.

Форнарина же не дура –
Подцепила дурака,
Подвернулась ей халтура
На грядущие века:

Если удовлетворенный
Плотский пыл маэстро сник -
Значит одухотворенный
Явится Мадонны лик.

Изумительные плечи,
Крылья ангела оплечь.
Вовсе нет противоречья
В трепетанье губ и свеч!

Заглушен любовный лепет
Бормотанием молитв,
Пусть не страсть, а только трепет,
Как свеча во тьме, горит...

ДЕБРЯНСК

Е.К.
Смотреть нас на просвет
Аж в Рим отъехал Гоголь,
Чтоб разгадать секрет
Крылатости убогой.

И мы вослед, во сне,
Врозь полетим и слитно,
Чтоб у плиты во тьме
Светиться самобытно.

Что Рим? Концы свести б -
Зарплата, как заплата.
Смотреть и слушать Тибр
Для нас дороговато.

Дождемся мартобря
В декабрьские потери,
И в ночь уедем в Брянск -
В сей град от слова "дебри".

МОНОЛОГ ЦЕЗАРЯ НА ПИРАТСКИЙ ГАЛЕРЕ

Пока бездельники витийствуют над Римом,
Творят суды, блистают красноречьем,
Досужее внимание толпы
В безвыходный заводят лабиринт,
Пока усильем наших легионов
От варваров почти очищен мир,
Здесь, средь провинциальных наших вод,
Вольготно расплодились негодяи!..
1972 г

АВГУРЫ

Мы все полны сакральных знаний,
Но Форум - грудою руин,
И государственных гаданий
Нам не оплачивает Рим.

Тесниной перевалов узких,
За Альпы двигалась латынь.
И предъугадавал гаруспик
Путь легионов средь пустынь.

А лица значимы, понуры,
Мы продолжают заседать -
Не станем, мудрые авгуры,
Свою ненужность признавать.

КЛАВДИЙ

Божественный, и в то же время жалкий, -
Его несли, он кости все кидал,
И бормотал то цифры, то считалки,
И долгий день ему казался мал...
Он был всевластен, а хотел так мало -
На гранях обозначенных очков,
И огорчался, если выпадало
Совсем не то, о чем просил Богов.

***
О, Цезарь, сколько раз форсировал ты Рейн,
И возводил мосты мгновенной переправы!
Бежали племена или сдавались в плен -
Так угнетало дух явленье римской славы!

А ты уже спешил от скудной их земли, -
Опору находил в стремнине или в бездне.
Германцы всякий раз поверить не могли,
Что следом за тобой походный мост исчезнет.

* * *
Доступен был и не заносчив,
Не раб, но и не господин -
Вольноотпущенник, доносчик,
Он сделался необходим.
Неслышно шастал по хоромам,
Чтоб на ушко потом шептать.
С патроном рядом похоронен -
За Летой слухи собирать...

МАКСИМИН ФРАКИЕЦ

В Придунайском захолустье
Волны века катят к устью.
За ночь выучить невмочь.
Мы попали в сферу Рима,
И латынь необходима -
Воду в ступе растолочь.

Стрекозиных радуг крылья,
Запорошит тонкой пылью, -
Улица вослед шагам,
Выворачиваясь сводом,
Триумфальным ходит ходом,
И бормочет: “Аз воздам!”

С говором глухих окраин
Справился, как с братом Каин,
Императорский Сенат.
И подросток безъязыкий
Обозленный, хитрый, дикий,
Ненависти прячет взгляд.

Придорожного бурьяна
Командир, вновь в стельку пьяный,
Лупит мать, как молотком,
И кричит, и гвозди в глотке:
Улиц пыль прибил к подметке,
Злость впиталась с молоком.

Имя - все, что есть в наследстве,
И прошепчет он, как в детстве,
Несколько фракийский фраз.
И пойдет на штурм пустыни,
Легионам по латыни
Дав губительный приказ...

Таинствам моих причастий,
Стал и он тогда причастен,
И в ущербности велик -
В лютой ненависти учит,
Всех носителей замучит,
Чтобы извести язык.

* * *
На вокзале, построенном Дуче,
Обустроены люди, как лучше -
Надувной приминают матрац.
Жизнь проходит не так уж и плохо,
Ведь для тех, кто ошибся эпохой,
Все равно, где ютиться сейчас.

Так хотелось не в прошлой родиться -
В позапрошлой, чтоб силой гордиться,
И во снах, в привокзальную рань -
Ни позор сталинградских дивизий,
А триумф легионов, с провинций
Собирающих славную дань!

И презренные эти палатки
Снова в лагерном станут порядке -
Звук рожка, как орел, распростерт.
И бомжи, словно Рима солдаты,
Вновь на шутку царя Митридата
Рассмеются ударом когорт!
***
В Италии, оставленной на произвол судьбы,
Вдруг подняли восстание голодные рабы.

Отсюда крикнуть я хочу: - Спартак, иди на Рим!
Не верит он, что по плечу ему сразиться с ним.

Идет погоня по пятам. А мне известно тут,
Что он сейчас узнает там - пираты предадут.

Но главное - то самое, в чем корень всей тщеты:
Свободы нету за морем, - она лишь там, где ты.

Через века ему кричу, не слышит он никак:
- Тебе лишь это по плечу. Иди на Рим, Спартак!

Стихотворение вошло в антологию журнала "Юность" за 25 лет издания.

* * *
В мельканье лиц непостижимом,
Сойдя с дорог, ведущих в Рим,
Борцы бесстрашные с режимом
Исчезли сразу вслед за ним.

Так правотой они светились,
Что гусениц взнесенный вал,
Когда они под танк ложились
Над их телами застывал.

А шлемофон гудел не слабо,
Чтобы давить, не тормозя.
Интеллигенция, как баба
Себе купила порося.

Попятилась, прошла эпоха
И лагерей, и трудодней.
И тут же с сердцем стало плохо,
И поспешили вслед за ней...

ЦЕЗАРЬ

Он шел впереди легионов,
И спал на земле у костров,
И не просыпался от стонов,
От окриков, ржанья, шагов.

Холодное солнце вставало
Над порабощенной землей,
Где гибель свирепого галла
Где бритта бегущего вой.

Но в жизни суровой солдата
Рассеивая племена,
Он думал о кознях сената
Трибунов твердил имена.

Неслись в небеса то молитвы,
То песни, то жертвенный дым,
И были кровавые битвы
Лишь долгой дорогою в Рим.