June 6th, 2020

А.С. Пушкин здесь работал с архивами - семь раз в свой последний приезд в Москву









ПОСЛЕДНИЙ ПРИЕЗД

Искать Указ петровский
Здесь под шатровым сводом,
Под клочьями известки,
И тем же узким входом,

Здесь торопился Пушкин
В заботах неизбывных.
Но в синекуре ушлых,
Тех “юношей архивных”,

Не прошибить на разу -
Темны, чванливы лица.
И жизнь не по Указу,
И смертью расплатиться...















А.С. Пушкин был здесь - ныне "Гостиная Петра Юргенсона" семь раз - в свой последний
17-ти дневный приезд в Москву.
В высшей степени интересно, что за документы интересовали А.С. Пушкина - полагаю из Истории Петра.

"Архивны юноши толпою
На Таню чопорно глядят
И про нее между собою
Неблагосклонно говорят"

А.С. Пушкин "Евгений Онегин"

"Архивны юноши" - служили именно здесь.

Множество концертов мне довелось здесь прослушать -https://alikhanov.livejournal.com/tag/%D0%AE%D1%80%D0%B3%D0%B5%D0%BD%D1%81%D0%BE%D0%BD

"Пушкинских росчерков легкий полет..."

О ПОЕЗДКЕ ИМПЕРАТОРА НИКОЛАЯ ПЕРВОГО
НА КАВКАЗ в 1837 ГОДУ

Был сделан в канцелярию запрос -
В присутствии возможно ль высочайшем
Вельможным инородцам и князьям
Являться на приемы и балы
В привычных им, кавказцам, сапогах.
Был дан ответ, что вроде бы вполне
И позволительно, но все-таки негоже.
Затменье послепушкинской эпохи
Уж наступило.
Лишь фельдъегеря,
Сменяя лошадей, во все концы
Развозят повеленья Петербурга.

* * *
На подножке, на опушке, на…
Горюю без конца -
Гибель Пушкина,
Смерть отца.

* * *
«…Твою погибель, смерть детей
С жестокой радостию вижу.»
«Вольность». А.С. Пушкин

И было сказано, и так произошло.
А палачей кровавых ремесло
Он презирал,
но обличая гнет,
Провидел казнь порывом изначальным…
И оказался слишком уж буквальным
Истории отечественной ход.

* * *
Ты сам свой высший суд.
А. С. Пушкин

Вновь сам свои стихи ты судишь беспристрастно
И видишь, что они написаны прекрасно!
Но все же никогда не забывай о том,
Что судишь ты себя не пушкинским судом.
Хотя в душе твоей восторг и торжество –
Твой суд
не превзошел таланта твоего.

* * *
По аду шествовали важно,
Вещали долго и всерьез.
Стенали грешники протяжно
Картинность мук, потоки слез.
Иронии б хоть в малой мере...
Себя он сдерживал давно.
Вложил упрек в уста Сальери,
Что, мол, бесчестье не смешно.
Прошло два года.
Спать ложился.
Взял с полки том. Потом в ночи
Вдруг рассмеялся и решился:
«-Ах, Дант надменный, получи!..»



НА ВЗЛЕТЕ

Мое поколенье одето, обуто,
Обучено, выслано к фронту работ.
В нем снова ни Пушкина, ни Бенвенуто,
Оно отработает срок и умрет.
Мое поколенье вошло в звездолет,
Была траектория выгнута круто.
Но мы почему-то свернули с маршрута -
Обломок упал с покоренных высот.
Пытаюсь я вспомнить, что видели там -
Во мгле межпланетной…
В чем суть покоренья -
Земле показаться звездой на мгновенье,
Погаснуть, и камнем скатиться к камням?!
Мы жили на взлете, сгорим на лету,
И пламя надежд озарит пустоту...

* * *
Ларисе Андреевне Черкашиной

В веках с восторгом видит взор –
Ткалась Империи основа,
Рождались слава и простор
Под парусами Гончарова.
Под сенью грозных парусов,
В клубах порохового дыма,
Провидят будущего зов
Граф Литте, Адмирал Нахимов.
И каждый день пол сотни верст -
Все триста лет невероятных,
И мы смогли взлететь до звезд,
Пространств отмерив необъятных.
И сотни вражеских знамен,
К подножью трона, Мавзолея,
Мы бросили, отдав поклон,
В самозабвении немея…

О попытке А.С. Пушкина расчитаться с карточными долгами -
http://alikhanov.livejournal.com/133712.html
Прекрасная статья статья Ларисы Андреевны Черкашиной -
http://alikhanov.livejournal.com/134859.html
Полотняный завод -
http://www.imesta.info/places/show/311/

* * *
Как же значительно было тогда
Ехать верхом в Арзрум.
Видимо в лайнерах наша беда -
Стал верхоглядом ум.
Будем на пляже лежать, загорать,
И улетать невзначай.
Как же значительно было сказать
Черному морю: "Прощай!"

* * *
На разных мы брегах родного языка –
И разделяет нас великая река.
Сумею одолеть едва-едва на треть.
Я буду на тебя издалека смотреть.
И буду говорить, твердить, как пономарь,
Какие-то слова, что говорились встарь.

***
Эта лестница в лицее
центробежной силы взлет -
вверх все звонче, все яснее
вниз - к Державину ведет...

ПОМОРЬЕ

Я не считал за невезенье,
Что задержались мы в Мезене.
Редеют чахлые березки,
Над придорожною травой.
Отлились вековые слезки
Опять слезами да тоской.
Люд распадается на тройки.
Все на суды да на попойки…
Какие бедные края! –
Над полем стая воронья,
Кресты, заборы да избушки.
Когда бы здесь проехал Пушкин
Он видел тоже бы, что я.
С тех пор, не знаю отчего,
Не изменилось ничего.

«Литературная газета» 2006 г.

* * *
Вновь в первых числах года
Перечитаю Пушкина.
Нет ближе
На свете человека мне, чем он.
Ни с кем я так счастливо не смеюсь.
Никто так верно мне не объяснит
Зачем живу я.
Смутные печали,
Желания, любовь - весь русский мир
прекрасней и ясней!
Спасибо, Пушкин!

***
Вновь ты теряешься в дымке, в домах,
Не оборачиваясь на прощанье.
Наше беспечнейшее обещанье
Все еще светиться где-то впотьмах.
Словно в сарайчике том у Кюри,
Светятся фразы до полураспада.
Кружатся долгие дни листопада,
Вот уже светят одни фонари.
Наши мечты и желанья займет
Снова галантная музыка Гайдна.
Снова меж звуков возникнет случайно
Пушкинских росчерков легкий полет.

* * *
Я знаю песенки оконного стекла.
Я ползал в дереве за червяком и плакал.
Я расколол кусок ночного неба
и пригоршнями
собираю звезды
в коробку из-под слов.
Я видел Пушкина
в кибитке средь цыган,
Кочующего вечно по степи.

ЛУИ АРМСТРОНГ сам выбрал День своего рождения



ЛУИ АРМСТРОНГ сам выбрал День своего рождения
(1901 –1971) Очерк в газете "CD-про.ru"

Когда черный подросток Лу обратил внимание, что у всех его сверстников бывают дни рождения, а у него – нет, то установить точную дату его собственного появления на свет было уже невозможно.
Отец - рабочий-поденщик сбежал от семьи, когда мальчику не было еще и пяти лет, а мать подрабатывала на жизнь то прачкой, то проституткой и ей давно было ни до сына. Поэтому негритенок день своего рождения выбрал сам, и сделал это скорее всего уже в исправительном доме, куда он попал в 1913 году, после того как стащил у полицейского - клиента его матери - пистолет, и стал стрелять в воздух, чтоб хоть кто-то в этом мире на него обратил внимание.
Так 4 июля - День независимости Соединенных Штатов, самый любимый в стране - после Рождества - праздник, время салютов, всеобщего веселья и стал днем рождения Луи Армстронга.
Похоже, подросток решил: «Пусть ликующая страна заодно отмечает и мое появленье на белый свет».
В начале прошлого века в Нью-Орлеане – в столице сравнительно недавно побежденного в Гражданской войне рабовладельческого Юга - свет преуспевания, богатства и успеха светил только белым.
Бабушка Армстронга была рабыней.
Никакой собственности – кроме личной свободы у афро-американцев тогда не было и помине. Разве что угол в одном из низких, одноэтажных, удлиненных домов, построенных специально для рабов.
(Не знаю как сейчас, после катастрофического наводнения, стоят ли эти дома, но в 1990 году, читая цикл лекций лекций в Тюлейнском университете под общим названием «Поэзия и политика» я жил как раз в таком доме – под столетними белыми акациями возле трамвайных путей – в Нью-Орлеане трамваи очень популярный транспорт).
Луи был разносчиком газет, мусорщиком, зимой – развозил на тележке уголь местным проституткам – мелкая угольная кампания в которой он подрабатывал, принадлежала еврейским выходцам из России, которые так хорошо относились к маленькому Луи, что он до конца своих дней носил на шее Звезду Давида.
Несчастье – исправительный дом - обернулась для Луи счастьем. Именно там черный подросток стал учиться музыке, освоил корнет и альтгорн. Духовой оркестр и хор из трудновоспитуемых подростков – вот первый музыкальный коллектив, в котором играл и пел Армстронг.
После освобождения Луи стал подрабатывать, играя в многочисленных барах и ресторанчиках Французского квартала Нью-Орлеана, в котором и по сей день в неприкосновенности стоят все постройки 18-го века, в том числе даже дом Наполеона - в Луизиане когда-то жили в основном выходцы из Франции, они и построили этот дом для поверженного Императора, на случай если тому удастся сбежать с острова Святой Елены.
В дни юности Луи Армсторнга самый воздух был пропитан блюзами, по сути - народными негритянскими мелодиями, исполняемыми на духовых инструментах. Армстронг стал музыкантом-любителем, и продолжал учиться у музыкантов.
Армстронг познакомился с «Кингом» Оливаром, который вскоре уехал в Чикаго и уступил Армстронгу свое место в оркестре «Кида» Ори – начало профессиональной музыкальной карьеры было положено.
Он стал выступать с Оскаром Селестином «Папой», с Полом Домингезом, с «Затти» Синглтоном, Луисом Расселом, играл в ривер-бот бандах, то есть в оркестрах на пароходах, перевозящих или прокатывающих публику вдоль по полноводной, неоглядной, мутно-желтой Миссисипи, на берегу которой и стоит Нью-Орлеан. Играл в «Jazz-E-Jazz band» «Фейта» Марэйбла.
В 1922 году Армстронг переехал в Чикаго, где в течении двух лет – до выходя первой пластинки – работал вторым корнетистом в «Сreol Jazz Band», потом в Нью-Йорке выступал уже трубачом и певцом в оркестре Флетчера Хендерсона.
Армстронг записывался на пластинки в составе аккомпанирующих групп со многими джазовыми и блюзовыми вокалистами. Когда у него закончился контракт с Хендерсоном, он вернулся в Чикаго, женился на пианистке «Сreol» Лил Хардин, которая в 1925 году организовала с Армстронгом первый собственный оркестр.
С ноября этого же года Армстронг начал работать студийно с ансамблем «Hot Five» - состав: «Кид» Ори, Джонни Доддс, Джонни Сент-Сир и Хардин, позднее –Фред Робинсон, Джимми Стронг, Эрл Хайнс, Сиглтон, а с мая 1927, после того как к ним присоединились Пит Бриггс и «Бэби» Доддс, преобразованный в «Hot ceven”. 1929-30 годах Арсмстронт играет в Калифорнии с оркестрами Леона Элкинса и Леса Хейта. Тогда же в Голливуде он впервые принимает участие в киносъемках. Всего за карьеру Армстронг снялся более чем в 50-ти музыкальных фильмах.
Первые успешные гастрольные турне по Европе в начале сороковых годов принесли Луи Армстронгу, как ни странно, широкую известность прежде всего среди белого населения Америки.
Напомню, что в профессиональную баскетбольную лигу – сейчас на 85% состоящую из негритянских спортсменов – первый небелый баскетболист пробился только в конце пятидесятых годов.
В тридцатых же годах прошлого века и джаз, исполняемый в основном неграми, считался – до великого Луи Армстронга – искусством второго сорта - для «черных».
Игра вместе с репетициями по 8-12 часов в день на духовых инструментах (особенно в начале карьеры с неправильным, неподобранным амбушюром и мундштуком) деформировала и даже привела к нескольким разрывам тканей верней губы Армстронга, и трубач перенес несколько операций. Одновременно Армстронг пытался избавится от хриплого тембра голоса ( который так характерен для Владимира Высотского), и оперировал голосовые связки.
Армстронг только потом осознал, что как раз в чарующей хрипотце -его неповторимая творческая индивидуальность.
Следуя английской поговорке - ничто не способствует успеху, как успех, Армстронг продолжает неустанно записываться в студиях и непрерывно концертирует. Он проводит филармонические джазовые концерты, пишет вторую автобиографическую книгу.
Каждое его выступление 40-50 годов становится открытием, новой эпохой джаза. Прижизненная дискография Армстронга (количество альбомов) насчитывает 41 индивидуальный диск, и больше двухсот компиляций. Он творчески сотрудничает с Сидни Бешем, «Бингом» Кросби, Дюком Эллингтоном, с Эллой Фицлжеральд, Оскаром Питерсоном, «Кингом» Оливером, Лайонелом Хемптоном, европейскими музыкантами «Чиком» Уэббом, Джеком Дорси, Гордоном Дженкинсом, и многими другими. Армстронг создает собственный оркестр «All Star Bands».
Луи Армстронг становится живой традицией - его образ и его музыка – это классика джаза, приобретающая общемировое культурное значение. Армстронг выступает с музыкантами самых различных стилей – с диксилендами, исполнителями спиричуэлсов и госпелсов (баптистких гимнов), с церковными хорами, со свинговыми и модерн-джазовыми коллективами, принимает участия в бродвейских мюзиклах, шоу, продолжает сниматься в голливудских музыкальных кинофильмах.
Луи Армстронг исполняет вместе Эллой Фицджеральд оперу Гершвина «Порги и Бесс». Его «поп-джаз» приводит в восторг любую аудиторию – Армстронг неповторимо индивидуален, общедоступен и любим.
Армстронг становится настолько популярен в мире, что его голос и первые пластинки в 60-х годах проникают за «железный» занавес – в СССР.

Искусство Армстронга ни только побеждает расовые предрассудки Америки, а преодолевает совершенно незыблемые и непреодолимые в те годы социально-политические границы.
Первый альбом Армстронга, на ярко синей обложке которого был изображен великий джазист играющий на золотой трубе, мне довелось держать в руках в 1964 году. Эта первая нелегально попавшая пластинка Армстронга (их тщательно отбирали на таможне) стоила 250 рублей – деньги тогда совершенно немыслимые – месячная зарплата кандидата наук.
Вполне может быть,что в сферах мировой причинности, для того чтобы парящие мелодии и говорящие паузы Армстронга сейчас звучали в России, больше всего сделал сам великий Сэчмо – Луи Армстронг.
Внук рабыни привел и нас к свободе силой своего духа, гениальными джазовыми композициями и песнями, навсегда вошедшими в классику мировой культуры.

номер от 20 декабря 2000 года -