July 3rd, 2021

ДЖАКОМО ПУЧЧИНИ



ДЖАКОМО ПУЧЧИНИ
(1854 –1924)
Классика. Оперы. Ведущие арии исполняет Мария Каллас.
«Адепт», «ИДДК». Москва 2001 г. -
к 20-ти летию первой публикации в газете "CD-pro.ru"

Музыкант и композитор в пятом поколении Джакомо Пуччини – гений, обаятельный человек, и даже пророк: в 1905 году опера «Тоска» была запрещена к постановке сначала в Петербурге, а потом и в Москве, поскольку слишком жестокий допрос и казнь Каварадосси напоминала о кровавом пулеметном разгоне рабочих волнений. Опера «Мадам Батерфляй» или «Чио-Чио-сан» - история ветреной любви американского флотского офицера и гейши – предвосхитила множество романов между «ДжиАй» - солдатами оккупационных войск США - и японками, длящимися всю вторую половину прошлого века. Пуччини всегда кропотливо и тщательно собирал сведения и материалы, относящиеся к месту и ко времени действия своих опер – и поэтому и предвосхищал, и угадывал дальнейший ход истории, связанный с этими странами.

Красивый, здоровый, с холеными усиками, обаятельный и курящий чудные сигары, вдобавок еще и оптимист, и шутник, и забавник – отправляясь развлекаться с друзьями, Пуччини оставлял в своем кабинете нанятого пианиста –«тапера», чтобы тот играл отрывки из «Богемы» и тем самым создавал у его жены полное впечатление, что это он сам весь день работает за роялем. Любитель природы: «Я люблю ели и тополя, и ненавижу мостовые, и дворцы, колонны и капители. Я хочу построить свой дом среди тенистых аллей» - писал Пуччини.

Гонорары, поступавшие со всего мира от авторских прав за исполнение оперы «Манон Леско» очень скоро позволили ему построить прелестную виллу, и в молодые годы поселиться среди садов Торре дель Лаго – и прожить там всю жизнь! Счастливец! Потрясающий человек! Композитор творил в атмосфере беспечности, и нескончаемого веселья. А каким он был остроумный человеком – в распорядок клуба, основанный композитором, им были вписаны следующие правила:
1.Председатель клуба помогает и одновременно
противодействует кассиру собирать членские взносы.
2. Кассир имеет право в любое время убежать вместе с кассой.
3. Проявление мудрости запрещается даже в виде исключения…

В нашем кондовом понимании – из века в век! - «творческая судьба» должна быть пробой пробой художника на излом. Чтобы создать что-либо стояще – творцу в первую очередь должно «мало не показаться». Для полноты и содержательности «творчества» в биографии «художника» непременно должны быть войны, горести и безвременные утраты, ссылки и революции, идиотские цензурные запреты и преследования со сжиганием партитур и конфискацией рукописей, слежка и эвакуация, голод и тюремные очереди, гибель в лагере или, в крайнем случае, драки на коммунальной кухне и смерть от запоя. Если поэт задохнулся под подушкой, на которой восседала его оборзевшая тварь-любовница – вот это мы понимаем...
Исключительно чудом «преодолев», «избежав» и ненадолго «уцелев» – можно создать
что-нибудь путное.
А у Пуччини театральная жизнь, и театральное восприятие, и театральный успех плавно, а естественно перешли в успех жизненный. Подобная творческая судьба кажется нам неправдоподобно скучной – Пуччини сочинял музыку, участвовал в мировых премьерах - и возвращался в свою виллу под сень аллей, и снова спокойно прогуливался и опять сочинял музыку.

Читать и писать о подобном благополучии не с руки. Ну хоть бы он из пушки разок-другой выстрелил, как Вагнер вместе с Мишкой Бакуниным во времена Дрезденской революции, или, как Верди, мать родную выгнал бы из курятника – тогда другое дело…
Но ни тут то было – слабо Пуччини. Ничего экстраординарного - только гениальная музыка - скука и скука. Даже коротенькая справка из «Вики» сияющая то ли экранным отблеском, то ли кипарисовым лаком, исчерпывает биографические подробности – житейски весьма малозначительные. Лучше уж сразу приниматься за прослушивания опер – музыка и есть самое содержательное в судьбе композитора.

А может, так и должно быть?

Пуччини гениальный сибарит, никакого «преодоления трудностей» нет у него и в помине, а оперы - очень симпатичные. Слушаешь, например, арии в исполнении Марии Каллас и так приятно, как будто коньяка грамм сто-пятьдесят принял на грудь.
Но, тем не менее, если честно сказать, то даже как-то обидно! Какой же он, блин, великий композитор, если в обезьяннике ни разу не сидел, и даже сапогом в рыло никто ему не заехал…

Александра Ирбе - в "Новых Известиях".





«Родом из Вятки, где свои порядки» — Александра Ирбе в своем творчестве отражает историю и города, и края. Порой, читая ее стихи, мне кажется, что и её литературный псевдоним отдаленно звучит и повторяет имя известнейшего вятского ссыльного архитектора и художника Александра Витберга, крестника Императора Александра Первого.
По свидетельству Александра Герцена, который тоже отбывал ссылку в Вятке, — архитектор Витберг попал в ссылку совершенно безвинно. Подрядчики, как бы сейчас сказали, «перевели на него стрелки», и украли миллионы золотых рублей, выделенных Императором Александром на постройку Храма Христа Спасителя на Воробьевых горах.
Уже при коммунистах был взорван и шедевр, построенный архитектором Витбергом в Вятке, —Александро-Невский Собор.

И остаются только стихи Александры Ирбе:

Не сумею уже возвратиться
в город мой, быстротечный и ленный*,
где событием кажутся птицы,
что сидят на обшарпанных стенах
белой церкви,
где тихая речка
огибает колдобины парка,
и не встретишь ты здесь человечка,
чтоб тебе его стало не жалко.
Человечек смешной, неуклюжий...
смотрит в землю
и бродит в потемках,
и не важно — по листьям, по лужам,
свой пиджак предварительно скомкав…
Все о чем-то молчит — рассуждает.
Да, мечтал... Но теперь не мечтает.
В этом городе тянет ко сну
ранним утром саму тишину.


*«ленный» — потерявший маховые крылья при линьке. Но все-таки будем верить и надеяться, что древняя Вятка снова отрастит свои перья, и город взлетит...

полностью - Александра Ирбе - в "Новых Известиях". https://newizv.ru/news/culture/03-07-2021/aleksandra-irbe-i-bed-chuzhih-ne-byvaet-i-dazhe-chuzhih-zatey

Анна Васильевна и Сергей Иванович Горемычкины - мои дед и бабушка.

065
Анна Васильевна Горемычкина (Забелина) Сергей Иванович Горемычким - мои дед и бабушка
http://alikhanov.livejournal.com/86900.html


Моя мать в белом платье с родителями и двоюродными сестрами Марией - крайняя слева (будущая мать Олега Бородина) и Клавой у родительского дома в селе Горицы Тверской губернии
1927 год -
066

"Подтверждение" - уволена в связи с эвакуацией завода -
S 194_Podtverjdenie_Frezer