alikhanov (alikhanov) wrote,
alikhanov
alikhanov

Category:

Глава из романа "Оленька, Живчик и туз" "Пьяная Форточка сделал замечательную карьеру..."





Глава из романа "Оленька, Живчик и туз"

2.

Еще в первом классе начальной школы у господина Фортепьянова была совсем другая фамилия - Пьянофортов. Мать будущего Основного Диспетчера, хранительница семейных преданий, рассказала любознательному сыну, что фамилия и портативный (постиндустриальный) череп достались Ророчке в наследство от прадедушки, известного в старорежимном Петрограде вора-форточника. Знаменитый предок, разжирев на легких деньгах, распустился, пошел на дело в пьяном виде, и, пролезая обратно уже с чужими пожитками в обеих руках, застрял в окне и загремел в Кресты. За эту промашку вор-прадедушка и получил тюремную кличку ("погоняло") - Пьяная Форточка, буквально через пару лет ставшую его фамилией. Тут очень вовремя подоспела Революция, и в первый (но есть еще надежда, что не в последний) раз из Крестов выпустили всех заключенных. Ставший на тюремных харчах юрким счастливый форточник прошмыгнул под ногами ликующих кадетов, опередил всех и убежал.

Оказавшись на свободе, сообразительный юноша тотчас примкнул к восставшим рабочим, бросил воровское ремесло и вскоре стал членом одного из ревтрибуналов. В конце разгульного 18-го года удачливый уголовник принял активное и беспощаднейшее участие в коммунистических грабежах городов Поволжья.

Женившись на подручной, еще при жизни тов. И.В. (пардон, - еще при жизни тов. В.И.) Пьяная Форточка сделал замечательную карьеру. Все носильные вещи осужденных (ударение на «у»), включая нательные кресты, золотые коронки и, разумеется, обувь, по старофранцузской, но отнюдь не царскоохраночной, а уж тем более не по чекисткой традиции (как сейчас поголовно утверждают телезнатоки), доставались палачу. Лазить в чужие окна Пьяной Форточке больше нужды не было - все довольствие борец за народное счастье добывал прямо на рабочем месте. Безбедное существование способствует размножению, и у расстрельщика с подручной родился сын. На радостях счастливый папаша назвал младенца Террором, каковое имя стало родовым, а впоследствии и династическим.

Через два поколения, в капельном перезвоне хрущевской оттепели, на семейном совете знаменитую фамилию, составленную из тюремной клички, решено было преобразовать в интеллигентную, связанную, желательно, с большим искусством. Этот семейный совет по перефамиливанию был собран после получения соответствующего письма, доставленного фельдъегерем из Совета Лубянских ветеранов. В этом письме была просьба, точнее, приказ: "Нездоровые силы, воспользовавшись прогрессивными переменами в нашем обществе, стремятся всемирно исторические события поставить в вину нашим заслуженным ответработникам. В целях пресечения вопиющих слухов, а так же нарушающих гостайну расследований, всем заслуженным кадрам ВЧК, а так же их ближайшим родственникам в недельный срок изменить фамилии."

Сообразительный юноша, названный при рождении в честь дедушки Террором, получая паспорт, сократил - в тех же высших целях - и собственное имя. Таким образом, уже в наши дни, исполнившие все заветные чаяния и мечты нашего многострадального народа, Рор Петрович Фортепьянов по наименованию собственной личности стал полностью соответствовать прогрессивному духу реформ.

После окончания нефтегубкинского института первые шаги своей служебной карьеры будущий знатный тузпромовец связал с начавшимся тогда расцветом вахтового метода добычи полезных ископаемых. Трудовая книжка Рора Петровича была буквально истоптана отделкадровскими печатями и походила на одно из бесчисленных его командировочных удостоверений, кои - на каком бы месторождении он ни работал - выписывались ему ежемесячно.

Весь долгий период социалистического застоя господин Фортепьянов работал на приисках, годами копался в вечной мерзлоте, а все плоды героических трудов уходили по стальным трубам в ненасытную прорву пролетарского государства. Изрядно помотавшись вдоль и поперек северных просторов, Рор Петрович устал от бесприютности и однажды, возвращаясь на поморских нартах в базовый лагерь, вдруг понял, что человек - действительно не рыба, и где глубже - тем более в промерзшей насквозь земле - ему искать незачем. В тот же месяц господин Фортепьянов изловчился, навсегда бросил приисковые работы и твердо, неукоснительно пошел по московским приемным.

Заделавшись столичным чиновником, Рор Петрович удачно обосновался в загаженном Тузоуправлении, рядом с главным вентилем, который в его руках тут же стал крутиться в точном соответствии с генеральной линией компартии, каковая, собственно, самым непостижимым образом и сделала господина Фортепьянова всемогущим, крупнейшим собственником России.

слушать роман - 11:20:23
https://knigavuhe.org/book/olenka-zhivchik-i-tuz/
Tags: Оленька Живчик и туз, проза, роман
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments