alikhanov (alikhanov) wrote,
alikhanov
alikhanov

Входящий в долю

***
О, скольких чувств и мыслей ты гробница,
Расщелканная рабски пирамида!
Зачем же мыслить здесь? - Я существую,
Вдыхая дым над желтой суетой...



ВХОДЯЩИЙ В ДОЛЮ

В пространные подъезды проходные
Грязь натаскали, проходя сквозь дом -
Здесь сокращали путь. Свои, чужие
Здесь крались по ночам, ходили днем.
В полуподвале топот над собою
Он слушал, как в земле живущий гном,
И думал: почему же я не рою,
И не переселяюсь в чернозем.

В конце концов, его сводилась дума
Опять к тому, что времени в обрез.
Что там темно, хоть нет людского шума,
А к свету он имеет интерес.
И, старческую поборов икоту,
Он на кровать расхристанную лез.
А утром вновь пускался на работу
В бильярдную под жиденький навес.

В троллейбусе просторном серебристом,
Спрямленного района старожил
Вновь оглушен был рокотом и свистом
Строительных и милицейских сил.
И в павильоне низеньком и мглистом
Он первый час душою отдыхал.
Здесь, у столов, работал он долистом
И никогда не мазал, не играл.

Кто баттерфляй предпочитает кролю,
А кто жене - бульдога своего.
И только вольный выбирает волю,
Когда свободный выбор у него.
Старик был наделен последней ролью:
Был мазать - не горазд, играть - не дюж.
Что делал он? - входил пижонам в долю,
Чтобы пижоны повышали куш.

Ему жучки давали деньги эти,
И заново выигрывали их.
А чтоб он жил на этом сизом свете,
Давали три процента чаевых.
И он работал, за жучков болея,
За наглых, за пузатых, за худых,
И, ничего не зная, не умея,
Придуривался только за двоих.
1974 г.

* * *
И в первый раз за много лет
Увидел он зеленый цвет
Не бильярдного сукна, а луга -
Блестела майская трава,
И сладко ныла голова,
Кружась, как от недуга.

Привыкшая к кию рука
Срезала стебли тростника -
Они не подходили.
Опять сводило кашлем грудь,
Но воздухом не продохнуть,
Лишенным пыли.


МОНОЛОГ ЦЕЗАРЯ НА ПИРАТСКИЙ ГАЛЕРЕ

Пока бездельники витийствуют над Римом,
Творят суды, блистают красноречьем,
Досужее внимание толпы
В безвыходный заводят лабиринт,
Пока усильем наших легионов
От варваров почти очищен мир,
Здесь, средь провинциальных наших вод,
Вольготно расплодились негодяи!..
1972 г.

* * *
Когда я жил не ведая скорбей,
Со взводом повторяя повороты,
Зачем в угрюмой памяти моей
Звучали недозволенные ноты?

Зачем среди плантаций и садов,
В угаре мандариновых набегов,
Свет тусклый вспоминавшихся стихов
Меня лишал плодов, заслуг, успехов?

Зачем среди подтянутых парней,
Произнося торжественные речи,
Я ощущал груз Ленского кудрей
Поверх погон мне падавших на плечи?

На стрельбище, в ликующей стране,
Где все стреляло, пело и светилось,
Зачем, наперекор всему, во мне
«My soul is dark...»* - опять произносилось?

1972 г.
*"Душа моя мрачна" - Байрон
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments