alikhanov (alikhanov) wrote,
alikhanov
alikhanov

У КУСТИКА - рассказ.

У КУСТИКА

На днях Живчик вернулся, но не от хозяина, конечно, а из Австрии. C его авторитетом ходок у него больше не будет - уровень не тот, пацанами всегда прикроется. Короче, из Вены приехал Живчик, к Салфетке ездил на инструктаж. Теперь в «Мерсе» делится впечатлениями:
- На получалове, говорит, больше не просидите, время другое. С такими делами, говорит, вам скоро побрякушки толкать придется, а начнете на кабаки с общака брать - конец вам от первого же мусора.
- Далеко сидит, а все видит, - с иронией сказал Рант, - легко говорить цветочки нюхая, а ты посиди-ка в полном дерьме, и сохрани ясную память.
- Что делать будем? - задал Грузовик глупый вопрос.
- Салфетка велит тщательнее просеивать мелюзгу.
Заехали к супрефекту, взяли для удобства рельефную карту и, как по новой, почесали по своему району. Рант все ворчит:
- На наши же бабки в Австрии гужуется, а тут тряси каждый пенек. Коммерсы сами пустые, все как на ладони, как их ни щеми.
- Ты на Салфетку не гони, - оборвал Живчик - он для тебя место под солнцем очистил, кусок хлеба дал. Если б ни он, сейчас бы мы под чехами стояли.
Заехали к очкице, которая оправами торгует - за ней должок:
- И отчего ты такая дерзкая, - спросил у нее спокойно Живчик, - думаешь, раз ты баба, значит и платить не нужно?
Грузовик подошел и толкнут ее под ребра.
Очкица понимает, что орать сейчас не время:
- Вы что ослепли? - денег ни у кого нет. Мой банк лопнул.
Грузовик сгреб в кулак пару-тройку пустых оправ, раздавил их:
- Разуй глаза, фря.
- Ко мне пойдешь, - пригрозил Рант, - будешь хромчить
пять лет с процентами. Головой думай, а не жопой.
- Сейчас нам некогда, - закончил по мирному собеседование Живчик - даю тебе, по симпатии, десять дней. А потом смотри...

Поехали дальше.
Пенопластовые модели облезлых пятиэтажек, которые в натуре мелькали за затемненными стеклами «Мерса», Рант сковыривал с супрефектовской рельефной карты ножом - отработали значит. Потянулся мимо кирпичный забор с колючкой поверху, вот и проходная с надписью - "Институт "Акустики".
читать
- Здесь искать нечего - все схвачено, - сказал Рант и на правах хозяина гостеприимно добавил, - можем, освежимся, работа не убежит. У меня вчера три новых биксы с Молдавии поступили.
- Попаримся, субботник проведем, - оживился Грузовик.
Но, помня австрийские наставления, Живчик поморщился и сказал:
- Сперва работа - пойдем, глянем вокруг.
- Это со мной, тетя Нюсь, - сказал Рант вахтерше, проходя турникет и опять предложил, - в натуре, стряхнем напряжение.
- Не уйдет это, - Живчик деловито пошел не налево, к притону, а вдоль стены с колючкой направо- к дальнему зданию.
- Как будто из жратовки в отряд вдоль баркаса* топаем, - вспомнил Грузовик похожую дорогу.
- Нет здесь никого - ни фирм, ни арендаторов. Пусто, я все проверил - одни чмыри какие-то в проводах копаются, - заверил Рант.

Но Живчик стал методично обходить этаж за этажом по выщербленному паркету длинных коридоров и стучать в каждую закрытую дверь с цифровыми замками и выцветшими надписями -
"Вход запрещается всем. Для разговора сотрудников вызывать в коридор!" Пыльные подоконники, серые, с черными трещинами окна, фарфоровые плевательницы со старыми порыжевшими окурками, - мерзость запустения казенного научного дома. На стеклах образовались своеобразные жалюзи из голубиного помета - городские птицы облюбовали ржавые решетки. Никого в здании не было.
- Блин, здесь на мастодонтов можно наткнуться, - сказал Живчик и дернул очередную дверь, которая вдруг открылась. За ней была другая, которая тоже была не заперта.
Трое хозяев района вошли в лабораторию, уставленную осциллографами, генераторами частот, динамиками странной формы. За одним из длинных столов, перебирая бумаги, сидел человек.
- Слышь, - обратился к нему Живчик, - а где остальные?
Человек встал, энергично подошел и протянул руку:
- Гайдаров! Милости прошу.
Живчик пожал руку.
- Гайдаров, Гайдаров! - повторил обитатель комнаты, пожимая руки Грузовику и Ранту.
- Игорек, - несколько растерявшись, представился Рант.
- Располагайтесь, прошу.
- Курить будешь? - спросил Грузовик, протягивая пачку "Парламента", - ты чо, родственник того гопника?
- Нет, не курю, благодарю Вас. Нет, почти однофамилец, - Гайдаров, оглядел проницательными черными глазами вошедших и отметил отличительные признаки бандитского преуспевания, - Чем обязан?
- Да мы так, оглядываем где - чего. Может, людям помочь надо, - сказал Живчик.
- Понятно, - сказал Гайдаров.
Рант оглядел полки с аппаратурой, кипы бумаг и журналов в приоткрытых шкафах и подвел итог:
- Без мазы.
Живчик тоже повертел головой, потом опустил взгляд и вдруг увидел прямо на полу рельсы, уходящие в стену.
- А эта железная дорога куда ведет? - спросил он с угрозой в голосе.
- Эти рельсы для двери, чтобы дверь отъезжала, - объяснил Гайдаров.
- Сейф что ли, хранилище, а ну открывай! - оживился Грузовик.
- Не совсем, - улыбнулся Гайдаров и нажал кнопку.
Зажужжал мотор и часть толстой стены стала медленно двигаться в середину комнаты. С внутренней стороны к стене были прикреплено какое-то длинное странное оперение. Образовался проем.
- Что это? - спросил Живчик.
Рэкетиры встали.
- Потушите сигареты, - потребовал Гайдаров.
Послушно помяв сигареты в пепельнице, пацаны вслед за Гайдаровым ступили на металлическую сетку, протянутую посередине огромного темного пространства. Высоко-высоко горела неяркая лампочка, под ногами была непроглядная пропасть.
- Не бойтесь, - сказал Гайдаров, - входите, все нормально.
Живчик храбро прошел по натянутым струнам, подошел к дальней стене, которая тоже оказалась утыканной такими же горизонтальными сталактитами конической формы.
- Что это все такое?! - спросил Живчик и сам себя не услышал.
- Если хотите что-то спросить, говорите прямо на меня - здесь абсолютное звукопоглощение, - сказал Гайдаров. - Это специальная камера для тестирования звучания и определения бесшумности.
- Сюда, верняк, горы бабок вбухали, - пришел в себя Рант.
- А какая тут глубина, если струны лопнут? - спросил Грузовик.
- Это куб 25х25 метров, так что под вами примерно
12 метров. Эти струны титановые, они не то что вас - подшипники и гребные винты подлодок выдерживают, - успокоил пацанов Гайдаров.
Ватная, абсолютная тишина угнетала, действовала на нервы. Ребята прошли обратно в проем в лабораторию, сели, закурили.
- А ты чего в этом склепе делаешь? - чтобы восстановить положение, возможно грубее спросил Живчик.
- Изобретаю, - ответил Гайдаров, - я изобретатель, - и нажал на кнопку, дверь с оперением опять поползла по рельсам и закрыла проем в стене.
- И чего же ты изобрел?
- Какой самый большой рынок в мире? - ответит Гайдаров вопросом на вопрос.
- Щелковский, - сразу ответил Грузовик, любитель кроссвордов.
- Я имею в виду рынок товаров и услуг, - поправился Гайдаров.
- Медицина, - сказал Живчик, - Все болеют. Мне недавно один зуб вырвали за двести грин.
- Нет, не угадали, - сказал Гайдаров.
- Война, - встрел Рант, - оружие, нефть.
- Правильно - сказал Гайдаров - это второй рынок, примерно полтора триллиона в год. А первый - почти пять триллионов долларов в год - это музыка, аудио и видео.
- Не может быть, - удивился Грузовик.
- Да, - подтвердил Гайдаров, - и по темпам роста он тоже обгоняет всех. Так вот, я создал новый принцип звучания. И этот принцип, - продолжил Гайдаров с ноткой одержимости в голосе, - несомненно завоюет весь мир.
- А ну поподробнее все выкладывай, - сказал Живчик, удивляясь прозорливости Салфетки, - чего ты тут придумал.
- Мой громкоговоритель, - немедленно начал Гайдаров, - реализует новый способ озвучивания помещений и открытых площадок, включающий разделение спектра сигнала по частотам, и преобразование электрических сигналов в звуковые, парами включенных идентичных излучателей, установленных соосно, навстречу друг другу. Эти пары синфазнопротивоизлучающих аппертур...
- Блин, - прервал Живчик, - не гони дуру, говори по-человечески.
- Вот посмотрите, как расположены динамики у этого магнитофона? - Гайдаров показал на двукасссетник "Саньё" стоящий на полке.
- Как у всех, - ответил Рант.
- Звук из этого магнитофона идет прямо на вас, и звуковые волны распространяются не горизонтально, как например, круги на воде, а вертикально - что неестественно. От моих же динамиков, направленных друг на друга, звук идет во все стороны равномерно, точно так же как это происходит в природе. Это естественный принцип психофизиологии звуковосприятия. Все звуки слышны и не мешают друг другу - например, шум водопада не заглушает шума дождя, и в то же время прекрасно слышно шипение подползающей змеи.
Гайдаров, продолжая объяснять, включил конструкцию и дивное звучание пятой симфонии Бетховена заполнило комнату. Он увеличил силу звука, музыка зазвучала громко, очень громко, а изобретатель продолжал все так же спокойно говорить:
- Я достиг принципиально новой объемности звучания, недостижимой при воспроизведении на любой другой высококачественной аппаратуре, сконструированной традиционно.
Возникла прозрачность, полная разборчивость всех звуков, не зависящая от места, в котором находится слушатель...
В это мгновение, как мотыльки на огонь, в дверь лаборатории влетели две темноволосые девушки - одна в комбинации на голом теле, другая в лифчике и трусиках.
- Вы что, уже линять намылились? - вдруг заорал Рант, узнав своих молдаванок.
Слушатели обернулись.
- Облава, всех повязали! - задыхаясь, сказала телка в лифчике.
- Вы сейчас ментов на нас выведете! - завизжал Рант, - Вон пошли!
- Откуда мы знали, что вы здесь? - сказала та, что в комбинации.
- Глуши проклятую шарманку, - сказал Живчик.
- Лажа полная, мы в западне! - запаниковал Грузовик, достал из-за пояса пистолет ТТ и стал запихивать его в ящик.
- Открывай пещеру, Гайдаров! - сообразил Живчик, - Мы там отсидимся, а сам вали отсюда, пока хипишь не кончится!
Опять загудел электромотор, стена медленно поползла.
- Хорош, заныривай по быстрому, - сказал Живчик, и уже сквозь уменьшающуюся щель, сказал изобретателю, - Не забудь про нас, а то подохнем тут.
Гайдаров опечатывал входную дверь лаборатории, когда в коридоре появились РУОПовцы, прочесывающие этажи в поисках беглянок из притона.
- Кто такой? Документы! - сказал старший.
- Я завлаб, сотрудник института.
- В борделе трудишься, "У кустика" баб исследуешь, открывай! - камуфляжник замахнулся коротким прикладом "Кедра".
- Я ученый! - возмутился Гайдаров.
- Открой! - акустик заработал-таки прикладом в грудь.
Гайдаров распечатал дверь.
Преследователи, в пылу погони, оглядели пустую лабораторию и не заметили на полу рельс.
- Как сквозь землю провалились, - сказал РУОПовец. - Ты их не видел?
- Кого? - спросил умный Гайдаров.
- Противно, и дырочников, сутенеров этих упустили - тьфу! -
сплюнул оперативник.

- Словно в космосе побывали, - сказала одна из молдаванок
одевая лифчик, когда спустя час Гайдаров выпускал всех рукотворного грота.
- На трезвую голову и субботник не в кайф, - сказал, натягивая брюки Грузовик.
- Проси что хочешь, все для тебя сделаем, - сказал Живчик.
- Если вы серьезно, то главное мне надо сейчас запатентовать мое изобретение в семи основных странах, производящих звуковую аппаратуру. В Южной Корее я запатентовал, но в институте все деньги на этом закончились. К кому я только не обращался - все отказывают. Ведь патент на пять лет только в одной стране стоит 30 тысяч долларов. И тут же надо производить опытную партию, налаживать производство.
- Сколько всего тебе надо? - уточнил Живчик.
- Миллиона полтора долларов. Но если все пойдет по моему плану - прибыль будет потрясающая.
- Зачем патентовать, деньги зря палить, - сказал Грузовик, - если кто у нас украдет, тому мало не покажется.
- Как только "Сони" в Японии использует мое изобретение - пиши пропало, ничего не сделаешь, - сказал Гайдаров.
- Ладно, кажись, будем вкладываться, только с Салфеткой посоветуюсь, - решил Живчик.

* баркас - лагерная стена с проволочным заграждением поверху.

Рассказ был неоднократно опубликован в журналах и газетах.
Изобретение Гайдарова уже реализовано в Ю.К-е.
Tags: акустика, салфетка
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments