Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

Визитная карточка покупателя и водка, отовариваемая по талонам.

CIMG9975
Моя визитная карточка покупателя.
Без этой визитная карточки продукты в гастрономах не продавали - ни только в Москве, а везде - во всех городах позднего совка.
В Иркутске по этой московской карточке купить еду просто на деньги было нельзя. В каждом городе были свои карточки - оказавшись в командировке без местной продуктовой визитной карточки, чтобы поесть надо было идти в ресторан, или покупать провизию на рынке.
На гастроли возили с собой чемоданы гречневой крупы, макарон и готовили на плитке, которую тоже брали с собой.
Чаще всего использовали походный кипятильник и варили еду в пол-литровых банках.
Обычно во всех гостиничных номерах висели надписи -
"Нагревательными приборами пользоваться категорически запрещено!".
Коридорные дежурные отслеживали артистов-нарушителей по бешено крутившимся счетчикам, врывались в номера, и кипятильники отнимали, конфисковали.
Но есть-то все равно надо было...

С водкой было еще строже - водку отоваривали по предъявлению карточки Покупателя и по талонам, и только в том месяце, который был указан -

SAM_4365

Дед поэта Александра Блока - Андрей Николае­вич Бекетов - о Тифлисе в 1856 году.

Дед поэта Александра Блока - Андрей Николае­вич Бекетов пишет о Тифлисе в 1856 году.
(Старшему брату моего деда Константину Алиханову исполнилось 7 лет - будущему благодетелю Шаляпина http://alikhanov.livejournal.com/1281062.html -
и столько же исполнилось Сергею Витте.
Их отцы - оба Действительные Статские советники - работали в администрации Губернатора.
Юлий Витте руководил Имуществом, мой прадед Михаил Егорович почтой Кавказа.
Уже 5-ть лет в Тифлисе работает Итальянская опера -http://alikhanov.livejournal.com/1172364.html)
Фото 37  Майдан и Метехский замок
Майдан и Метехский замок

Описание Тифлиса 50-х гг. XIX века оставил дед поэта Александра Блока, ботаник Андрей Николае­вич Бекетов. Тифлис был первым ме­стом его работы. Окончив в 1849 году Казанский университет с ученой степенью кан­дидата естественных наук, он полу­чил место учи­теля биологии, физики, сельского хозяйства в 1-й тифлис­ской гимназии, где проработал 5 лет. Из его обширных путевых очерков приве­дем лишь для наглядности один лишь отрывок, написанный в 1856 г.:
«Майдан и армянский базар, с выхо­дящими из них переулками и тем­ными рядами, всего более характери­зуют его, как азиатский город, не говоря об Авлабаре, представляющем нечто вроде Каль­кутты или Каира. Майдан, или татарский базар, есть тесная площадь, постоянно набитая народом. Если смот­реть на нее с обрывистого, каменистого Сололакского хребта, ограничивающего город с юга, то, кроме голов человеческих, лошадиных, буйволовых, бычачьих, ослиных и даже верблюжьих, почти ничего не видно. Зловонные испарения подымаются над Майданом густою тучею; грязь редко высы­хает. Тут представители разнообразного населения Тифлиса: татары, в рыжеватых шапках и бурках, с черными, седыми, красными и белыми бородами; дородные армяне, с наклонными шеями, в чистых чухах и московских картузах; молодцеватые грузины, перетянутые, часто засаленные и обор­ванные, с шапками, заломленными набекрень; кабардинцы, дико смотрящие исподлобья и продаю­щие оружие и бурки; мулла в белой чалме; персияне с красными ногтями, в аршинных шапках и ши­роких кафта­нах, или абах своих; на ногах у них пестрые носки и маленькие туфли, надетые на одни только пальцы.
Тулукчи (водовозы) и работники в валеных конических колпаках; ра­чинцы 47, муши в папанаки 48, греки в красных фесах, пестрых небольших чалмах, куртках и синих шальварах. Хевсур со щитом и луком пробира­ется также сквозь толпу; мелькает круглая шляпа европейца; извозчик кричит во все горло: кабарда! (по-грузински: берегись), то же взывает всадник, которого лошадь машет го­ловою, прыгает, садится назад и бря­цает посеребренными побрякушками сбруи. Тянутся двуколесные арбы, да какие разнообразные! Грузинские, у которой угловатые колеса вертятся вместе с осью: она запря­жена парою, четвернею или даже шестернею буй­волов; на ярме сидит оборванный мальчик: он коло­тит тяжелую скотину палкой; на арбе огромный бурдюк, торчащий вверх ногами, или целое семей­ство с женщинами и детьми, под прикрытием полосатого, ярко-цветного ковра. Вот арбы осетин и лезгин, с саженными скрипящими колесами: они запряжены лошадьми; греческие арбы, с низкими сплошными колесами без спиц, обитыми железными выпуклыми шинами: их везет классическая пара волов. Справа, из пе­реулка, ведущего на мост, выступает караван верблюдов: вожатый татарин тянет первого из них за ноздри веревкою; верблюд жалобно рычит, машет косматой головой, загибает шею назад, лениво опускается на колени. Тут же идет из Эривани персидский караван на вьючных лоша­дях, стройных, хотя малорослых. Особенно красивы их головы. Все они обвешаны кистями, бубенчи­ками и коло­кольчиками.

Фото 39 Нарикала
Нарикала

В лавках продают плоды, живую рыбу, муку, свечи, сыр, масло, битых фазанов, турачей 49, джейра­нов. Дикие козы висят так и сям и гниют среди жаркого воздуха; тут же вход в темные ряды, или крытые галереи, в которых расположены армянские лавки, наполненные московскими товарами, так же как коврами, войлоками и другими произведениями Закавказья и Персии.
Пройдя чрез одну из этих галерей, вы входите на Армянский базар — длинную, узкую и кривую улицу, где все дома построены на грузинский лад, то есть без крыш, и заняты открытыми лавками и мастерскими.
Эта улица еще пестрее Майдана: она начинается от Эриванской площади, среди кото­рой стоит большое здание с колоннадою: это театр, в соединении с гостиным двором — род Пале-Рояля.
Фото 45     Микст в Тифлисе
Микст в Тифлисе.

Другим концом армянский базар примыкает к банной площади, уже полной серных испарений минеральной воды, заменяющей здесь простую во всех банных бассейнах. К этим испарениям при­мешиваются другие, совершенно иного свойства: испарения от шашлыка, плова, босбаша, провесной, вареной рыбы и проч.
Тут, так же как и в других местах базара и примыкающих к нему переулков, помещается множе­ство татарских ресторанов: нельзя сказать, чтоб они плохо стряпали, нельзя сказать также, что куша­нья их безвкусны; но так как все жарится и варится публично, да притом с приемами далеко не чис­топлотными, то не советую долго оставаться перед этими общественными кухнями. Вот обыкновен­ное устройство лавки: передней стены не существует — вместо нее род прилавка с широким входом; за этим прилавком купец или мастеровой. Если это повар, то у него пылает огонь в очаге; котлы, имеющие совершенно подобие наших кучерских шапок, поставленных вверх полами, кипят и трещат: в них смешение жирной баранины, нутреного сала, виноградного сока, разных ароматных трав, — все это разведено водою и составляет чахир-тму; отымите виноградный сок — получите босбаш. На сковородах жарится картофель и даже котлеты — российское нововведение. На железных палках на­низаны небольшие куски баранины: это шашлык в тесном смысле слова; птица и большие куски мяса жарятся на таких же вертелах: это шашлык в обширном значении слова. Всем этим заправляет жир­ный, лоснящийся грузин: он то и дело шныряет в разные концы своей смрадной лавки, снимает пену с босбаша, отбрасывает на цедилку рис для плова и тому подобное.
В татарских лавках подобного рода видите вы вместо грузина татарина или персиянина с зюль­фами и в валеной шапке. У грузина на прилавке множество маринованных трав и чуреки (грузинский хлеб), у татарина вместо чуреков лаваши (татарский хлеб).
За кухнями следует целый ряд фруктовых и овощных лавочек; они также довольно интересны. Плоды и овощи расположены в широких и низких деревянных чашах; тут виноград синий, белый, ро­зовый, с крупными и мелкими зернами; разнообразные гроздья его виднеются отовсюду; персики, курага (абрикосы), алучша (круглая, зеленая слива), груши, между которыми особенно замечательны гулябы, небольшие, чрезвычайно сочные и ароматические, и проч. Тут же морковь, цветом больше походящая на свеклу, картофель, белые и красные бобы, горох самых разнообразных форм: есть го­рошины круглые, продолговатые, четырехугольные, угловатые; ароматные и острые травы — эстра­гон (по-грузински тархун) и еще другой вид полыни, кинза (bifora radians), цицматы (кресс), марино­ванные ростки и цветы жонжоли (Staphylleae), жесткий салат, изюм, кишмиш, мед в горшках, осетин­ский сыр в виде небольших грязных лепешек; тут же сверху висят сальные свечи, сахар, стручковый перец, провесные балыки. В свое время появляется множество арбузов и дынь. Арбузы здесь вообще не хороши, но дыни, особенно эриванские дутмы, отличаются необыкновенною сладостью и нежно­стью мяса. Аромат их, впрочем, не может сравниться с ароматом хороших канталуп.
Продавцы кричат во все горло, немилосердно стучат весами, отвешивая на одной и той же чашке мед, персики, сыр, масло, сметану, и все это прямо на железе или на меди: оберточной бумаги не употребляется. Около этих лавок скитаются жующие, засаленные, дородные фигуры, повара, хозяйки и проч. Недалеко отсюда табачный ряд: вы видите, как крутят папиросы, как крошат табак; далее в лавке сидит грузин, разматывающий шелк: для этого он употребляет не только руки, но и одну из ног, на которую надет одним концом моток блестящих нитей.
Загляните в переулки: там увидите, как куют железо, серебро, шьют чухи и папахи, долбят дере­вянные трубки. Вся эта индустрия не прекращается и с наступлением вечера: одни зажигают фонари, другие вонзают сальные свечи в кучи изюма и других продуктов; крики и шум не умолкают. Пустите на эту улицу такую же пеструю толпу, как на Майдане, прибавьте несколько лавок со стеклянными дверьми и большими окнами, сквозь которые виднеются московские товары, представьте, что мосто­вая на армянском базаре самая ужасная, грязь изредка сменяется пылью, вспомните, что на низких крышах домов гнездятся группы женщин в белых чадрах или катибах 50, что извозчики здесь скачут беспрестанно, и будете иметь полное понятие об армянском базаре» .

013
Через 24 года - 1888 год - П.И. Чайковский в гостях у семьи Алихановых.

Фото 44          На фоне авто декабрь 1909
На фоне авто декабрь 1909 - через 53 года.

"Две женщины в окне", «Женщина, держащая весы», "Каштаны и фрукты" фотографии великих полотен.

IMGP1397
БАРТОЛОМЕ ЭСТЕБАН МУРИЛЬО "Две женщины в окне" 1665

Вашингтон 265
ЯН ВЕРМЕЕР «Женщина, держащая весы» 1664

Вашингтон 154
Лернардо Да Винчи.

IMGP2108
Константин Маковецкий "Свадьба"

IMGP2139
Ван ГОГ "Каштаны и фрукты" - одна из первых работ.

Иван Алиханов - "Из событий моего детства..." - "Дней минувших анекдоты" - цитаты и фотографии.

Из событий моего детства я хорошо помню одно, чрезвычайно взволновавшее нашу семью. Мне тогда было лет пять. Отец поставил детей на колени и вместе с нами начал молиться.

034
Лиза, Лилли Германовна, Миша, Иван Михалович Алиханов, Ваня -1923 или 1924 год.

В это время, как после смерти Дубровского из повести Пушкина, по квартире рассаживали какие-то злые люди, существующие при всех социальных режимах «шабашкины», и вешали сургучные печати на мебель и картины.


Однажды, проживая в пансионате в Германии, он решил поухаживать за красавицей, 18-летней горничной, этакой Гретхен, высокого роста, с пепельного оттенка волнистыми волосами, пышной прической и фигурой. При ближайшем знакомстве горничная оказалась дочерью директора школы в городке Гермсдорф, которая завершала свое образование по принятому в их кругу обычаю. После школы, изучения французского и игры на фортепиано, немецкой девушке следовало поработать на ферме — изучить хозяйство, затем послужить в пансионате, обслуживать постояльцев и гостей, овладеть сервировкой. Система образования была направлена на то, чтобы немецкая мама была полностью готова к любым жизненным перипетиям. А жизнь девушки, по немецкой традиции, прослеживалась и планировалась от начала и до конца сразу же после рождения.



Однако вернемся в 1923 год. Стояние на коленях и молитвы не принесли успеха. Наша квартира из одиннадцати комнат понравилась Лаврентию Берия, и он вселился в нее, «приватизировав» заодно и нашу мебель.

033

Мой наивный, почитывающий Маркса, отец написал прокурору Грузии жалобу на Берию, в которой сетовал на то, что у его семьи отобрали-де не «средства производства» (как это следует по учению основоположников), а мебель, картины, ковры, библиотеку и прочее. Видимо, не знавший еще, что собой представляет Берия, прокурор (если мне не изменяет память, по фамилии Тиканадзе) посчитал реквизицию незаконной. Тем временем,

031

моя очень демократичная мать,

считавшая распределение земных благ поровну справедливым деяньем, успела «подружиться» с Ниной — женой Берии, стала учить ее немецкому языку и обмениваться гастрономическими сувенирами (у нас даже одно из блюд получило название «лобио а ля Берия» - разваренная фасоль, которая была так наперчена, что никто из нас есть ее не мог).
Мама показала Лаврентию Павловичу резолюцию прокурора.
Берия усмехнулся и разрешил забрать кое-что из ненужной ему мебели, чтобы было на чем сидеть, есть и спать, и сказал: «Можете жаловаться на меня дальше. Остальное я оставляю себе».
читать Collapse )

Из черновиков 2005 года - "Твой восход, трава, роса..."

* * *
Набегаем мы на финиш -
Бог не даст, и не отнимешь.

Ты, на финиш набегая,
Все получишь, дорогая.

Грудь на ленточку бросай, -
Твой восход, трава, роса...

* * *

Памяти Вальтера

Ты жил беспечно, и под старость
В подарок просишь колбасу.
Да! - дружба все-таки осталась,
Купил еды – тебе несу.

Мне надо починить подвеску,
Протечку снять, заделать брешь.
Всем смутным временам в отместку,
Сижу с тобой, пока ты ешь.
2005 г.

"Встретимся на Таити", "Счастливчик" - режиссер Валентин Мишаткин -
http://alikhanov.livejournal.com/36503.html

* * *
Ложились крейсера на дно
И мерли с голоду старухи,
Чтобы Мишаня в БээМВухе
С волыной ехал в казино.


УХОДЯ С КОНЦЕРТА

Оставим старого артиста
Наедине с самим с собой -
Сонату он исполнил чисто,
А звук глухой, сухой, пустой...

* * *
Развеселыми песнями
Как душой ни криви,
Доживая до пенсии,
До нее доживи.

Хороводы не с музами
Надо нынче водить -
Ямб без блюзовой музыки
Приказал долго жить.

Бормочи да приплясывай,
Про себя напевай:
Все припевы-балясины
Вверх по лесенке в рай...

* * *
Слякоть, осень на исходе -
ветер, ветер наобум,
в листья палые обут,
все по лужам бродит.

Иван Алиханов "Дней минувших анекдоты..." - 4-я глава.

Глава 4.
"Дом, будто юности моей день…"


— Я помню: войдешь в рыбный магазин;

справа стоит бочка с красной икрой, слева бочка с черной икрой...
Скажите пожалуйста: кому мешали эти бочки?..


Одесский фольклор

Мой дед Михаил Егорович,
003
народив восемь детей,

несомненно, рассчитывал, что кое-кто из его чад останется жить в родных пенатах, поэтому на земельном участке площадью 20 саженей по фасаду и 25 в глубину построил большой П-образный дом на четыре квартиры (фото -

010 (2)

и с другой стороны -
002 (1)

Ширина фасадной части была примерно 19 метров, далее в глубину был неширокий мощенный булыжником двор, подковой охватывающий сад. С тыльной стороны фасада, как и в большинстве домов в нашем районе, был широкий балкон, с которого через двор был перекинут красивый арочный мостик, завершающийся плавно, округло расширяющейся книзу, ведущей в сад лестницей. Вдоль перил лестницы и мостика, вплоть до крыши поднимались мощные и гибкие ветви глицинии - весной ее цветение заполняло пряным ароматом весь дом, а лиловые гроздья дополняли очарование.

В центре сада был затейливой формы бассейн с фонтаном и золотыми рыбками. Вдоль ажурной металлической ограды сада возвышались кипарисы, в саду же росло множество плодовых деревьев: абрикосовые, персиковые, вишневые, белая и черная шпанская черешня, черносливовые и одно тутовое дерево, удивлявшее нас, детей, лазавших по деревьям, гибкостью своих ветвей. Было множество цветов — розовые, сиреневый и жасминные кусты. Вдоль одной из оград рос крыжовник.

С левой стороны сада, в углу у брандмауэра дома с параллельной улицы расположились два больших вольера, в которых разводил кур усатый, заросший густой щетиной, швейцар Петрос. Жил он в каморке под парадной лестницей. Этот бедный скиталец, бежавший от геноцида из Турецкой Армении, объехал полмира. Из всех впечатлений больше всего ему запомнилась японская вежливость. По его словам, если японец случайно в людской сутолоке толкает японца, то вместо принятого во всем мире краткого извинения, они останавливаются друг против друга, виноватый кланяется в пояс и произносит: «комэн-гудас-ай-мяса!» Другой японец тоже низко кланяется, после чего, довольные друг другом, они расходятся. «Даже “мяса” прибавляют», — каждый раз с неподдельным изумлением повторял наивный Петрос.
читать Collapse )

"Нэпман или брат Сталина" - глава из книги Ивана Алиханова "Дней минувших анекдоты"

Глава 6.

Нэпман или брат Сталина

В своих воспоминаниях Хрущев пишет, что во время застолий у Сталина обычно присутствовал некий «духанщик», который, по его мнению, совершенно не вписывался в круг политических деятелей, приближенных к вождю.
Этот духанщик был мой отчим - Александр Яковлевич Эгнаташвили.

"На качелях власти" - с 20- ой минуты о судьбе матери моего отца - моей бабушки Лилли Алихановой-Эгнаташвили

http://tushkan.net/news/na_kacheljakh_vlasti_propavshie_zheny_2011_smotret_film_onlajn/2014-09-15-19736

055
Лилли Алиханова-Эгнаташвили в Заречье - рядом "Кадилак", на котором ее муж возил в Кремль еду, приготовленную ей.
читать Collapse )

ПОМОР - рассказ.

ПОМОР

Нечаев Василий родился в Сояне, в поморском селе на берегу реки с таким же названием. Отец утонул на семужьем промысле когда Василию еще и трех лет не было, мать осталась одна с восьмью детьми. Несчастье, да и власть советская в самом победном напоре своем в тридцатых годах - голодно. Через пять лет в живых осталось только двое - сам Василий, да брат его Федор, последней мать умерла. Решили братья уходить из выморочной избы - добрались по зимнику на попутных рыбных санях до Мезени, и до ледохода прокормились у сердобольной дальней родственницы. Сухарей поднакопили, весной пробрались в трюм сухогруза, в Архангельске на белый свет вылезли.
Прослышал Вася, что есть края потеплее и на юг с братом подались. С поезда на поезд, станция за станцией, месяц за месяцем - к одиннадцати годам добрался Вася весной до Тифлиса - один уже, брата в дороге потерял.
читать Collapse )