Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Рим - фото-воспоминание - Римская лирика.

SAM_2007
Площадь Испании - Рим - фото-воспоминание.






Римская лирика.

ЦЕЗАРЬ

Он шел впереди легионов,
И спал на земле у костров,
И не просыпался от стонов,
От окриков, ржанья, шагов.

Холодное солнце вставало
Над порабощенной землей,
Где гибель свирепого галла,
Где бритта бегущего вой.

Но в жизни суровой солдата,
Рассеивая племена,
Он думал о кознях сената,
Трибунов твердил имена.

Неслись в небеса то молитвы,
То песни, то жертвенный дым,
И были кровавые битвы
Лишь долгой дорогою в Рим.

смотреть Collapse )

"Бессвязный лепет свяжет нас сильней..." - из стихов 2013 года.





***
От скверика не отвела очей,
И тюлем не завесила окошко,
И зря звонишь - не едет неотложка,
И бомж весь день-деньской лежит ничей...


***
Влетела бабочка в окно,
В июльский полдень улетела...
Недавно или так давно
Мое пространство опустело.


ДОРОЖНЫЙ РАЗГОВОР

Строили здесь Епифанские шлюзы,
Да пароходы рассыпались в прах –
Что для других – для себя мы обуза,
В бомж-городке у затопленных шахт,
В малоэтажках житуха - не ах!

Дорого, если маршруткой до Тулы,
В Новомосковском запишут прогулы,
Как загулял – обрывается стаж.
Сорок накатит – тридцать не дашь,
А сослуживцы сживают со стула.

Да уж, народец у нас хамоватый, -
Лишь бы добраться до химкомбината,
Лезут в автобус, набитый битком.
Втиснулся, значит дожил до зарплаты,
Из магазина – домой прямиком…

АВАЧИНСКАЯ БУХТА

На стыке земли, воды, неба
Были Беринг, Лаперуз, Хабаров,
Слушали ветер, смотрели на скалы.
Здесь и до них волны катились…


***
Памяти Сергея Глазунова

Ты отдавал в печать
Добротную газету.
Ну что еще сказать? -
Была она и нету ...

Свидетель перемен
И социальной тряски,
Ты не осилил цен
Расходов типографских.

И долю от продаж
Взвинтили киоскеры -
Не проданный тираж
Предвестник смерти скорой.

Так взгляд и не привлек
Твой заголовок броский,
А следом под шумок
Исчезли и киоски.

Нет новости грустней
На этом скучном свете -
Ей не бывать в твоей
Закрывшейся газете…


* * *
Сколько ни роешься в памяти -
Все социальные построения
Зиждятся на прочном фундаменте
Человеческого унижения.


НА ЗАМЕНУ ЭЛЕКТРОСЧЕТЧИКА

Старый счетчик крутился, гудя по утрам,
На пороге больших перемен, -
Кипятильник шипел, покидая стакан,
И сушил твои волосы фен.

Он считал киловатты тех бдений ночных
В коммунальной моей тесноте.
На любви экономили мы на двоих
И нам было светло в темноте.

Самой лучшей из харьковких электробритв
Я наощупь водил по щекам.
И осталось за свет, что в годах тех горит,
Доплатить по последним счетам.

КЛАВДИЙ

Божественный, и в то же время жалкий, -
Его несли, он кости все кидал,
И бормотал то цифры, то считалки,
И долгий день ему казался мал...

Он был всевластен, а хотел так мало -
На гранях обозначенных очков,
И огорчался, если выпадало
Совсем не то, о чем просил Богов.



ТВЕРЬ

Он их не ждал, и ждать не мог,
И вдруг они пришли обратно.
Он не пустил отца и брата -
Отца и Брата! - за порог…

***
В бильярдной яркий свет,
Стук шаров неторопливый.
Где игра - там смерти нет:
Хлястик, Устрица здесь живы.

Приторговывал Эмиль
Трехзапильными киями...
И игра, и жизнь, и быль
Заменяются словами.

***
Гул гласных помчится во мне,
Как ветер над полем.
Свобода внутри, а не вне,
Где все под контролем.
И пусть мельтешит на глазах
IP-адресочек, -
Я - в черновиках, в облаках,
В созвучиях строчек...

* * *
Не скрепит слов журнальная обложка -
Бессвязный лепет свяжет нас сильней,
А к нам летит, и ждать совсем немножко -
Сама любовь из ветра и огней…

Мария Затонская в "Новых Известиях" на "Яндекс-Новости".







Умение держать лирическую дистанцию от самодавлеющей социальной среды— необходимое условие насыщенной внутренней поэтической жизни Марии Затонской. Звуковая полифоничность, интонационная выразительность, а главное — абсолютная внутренняя свобода позволяет Затонской воплотить в просодии все сложности, незаметные трагедии, и все нелепости современного мира.

Мария Затонская в "Новых Известиях" на "Яндекс-Новости"
https://newssearch.yandex.ru/yandsearch?rpt=nnews2&grhow=clutop&from=tabbar&text=Мария%20Затонская


Дворовые события, обычная бытовуха в ее воплощении — с тщательной прописью деталей при первом прочтении кажутся фантасмагорическим вымыслом. Вынужденное звукоподражание безмолвности пятиэтажной среды обитания, воплощается в стихах Затонской во вселенские события буквально на пустом месте. Вот кого-то вынесли из подъезда, несут:

мАстера высекли. вытащили на площадь зубами исклацанное тело.
он подволакивал ноги, мотался разбито, едва не падал.
авторитетно с трибун голосили – правильно, мол, за дело.
где это видано, чтобы на улицах – тысячерукий дьявол

жёг фонари-папиросы и сбрасывал пепел мимо
урны, а также шлёпал босыми – в уши спокойно спящих.
если всмотреться поближе – выходит: бродит такая махина -
что пульсом гремящим
можно свободно гвоздить
и выдалбливать марши,

только слишком уж громкий, басистый, мясистый и – больно жилистый.
бабушка поднесла иконку высеченному уродцу:
«вы бы его того, в лесок тихонечко отпустили бы…»
«дура! если отпустим его, то он никогда не заткнётся!»


полностью - https://newizv.ru/news/culture/18-07-2020/mariya-zatonskaya-mozhet-byt-eti-gluhie-mesta-mnoy-ozhivlennaya-pustota

"Волны века катят к устью...." - Римская. лирика






Римская лирика.

ЦЕЗАРЬ

Он шел впереди легионов,
И спал на земле у костров,
И не просыпался от стонов,
От окриков, ржанья, шагов.

Холодное солнце вставало
Над порабощенной землей,
Где гибель свирепого галла,
Где бритта бегущего вой.

Но в жизни суровой солдата,
Рассеивая племена,
Он думал о кознях сената,
Трибунов твердил имена.

Неслись в небеса то молитвы,
То песни, то жертвенный дым,
И были кровавые битвы
Лишь долгой дорогою в Рим.

смотреть Collapse )

"С подмастерьем по Фарнезе шел однажды Рафаэль..." - римская лирика.






Римская лирика.

ЦЕЗАРЬ

Он шел впереди легионов,
И спал на земле у костров,
И не просыпался от стонов,
От окриков, ржанья, шагов.

Холодное солнце вставало
Над порабощенной землей,
Где гибель свирепого галла,
Где бритта бегущего вой.

Но в жизни суровой солдата,
Рассеивая племена,
Он думал о кознях сената,
Трибунов твердил имена.

Неслись в небеса то молитвы,
То песни, то жертвенный дым,
И были кровавые битвы
Лишь долгой дорогою в Рим.


МОНОЛОГ ЦЕЗАРЯ НА ПИРАТСКИЙ ГАЛЕРЕ

Пока бездельники витийствуют над Римом,
Творят суды, блистают красноречьем,
Досужее внимание толпы
В безвыходный заводят лабиринт,
Пока усильем наших легионов
От варваров почти очищен мир,
Здесь, средь провинциальных наших вод,
Вольготно расплодились негодяи!..

читать смотреть Collapse )

"ЧУТЬ ПРИКОСНУЛСЯ..." - подборка стихов в журнале "22".



Сергей Алиханов

ЧУТЬ ПРИКОСНУЛСЯ...

* * *
Чуть прикоснулся - тут же я
Стал виноват со дня творенья.
Уходит легкость бытия
От первого прикосновенья.

Ах, почему нельзя любить
И даже на ходу пленяться,
Чтобы потом не задаваться
Вопросом - быть или не быть?..

* * *
В мельканье лиц непостижимом,
Сойдя с дорог, ведущих в Рим,
Борцы бесстрашные с режимом
Исчезли сразу вслед за ним.

Так правотой они светились,
Что гусениц взнесенный вал,
Когда они под танк ложились,
Над их телами застывал.

А шлемофон гудел неслабо,
Чтобы давить, не тормозя.
Интеллигенция, как баба,
Себе купила порося.

Попятилась, прошла эпоха
И лагерей, и трудодней.
И тут же с сердцем стало плохо,
И поспешили вслед за ней...

* * *
И как ни назовись чужим по крови братьям,
Но если нет родства, то не бывать стране.
И вот кольцо врагов, став дружеским объятьем,
Так стискивает грудь, что воздух нужен мне.

Чтоб было легче жить, считай, что так и надо.
Чтоб легче помирать, считай, что все не так.
Не будет - и не жди! - последнего парада, -
Со стапелей в распил отправился "Варяг".

* * *
То дело было темной ночью
Со звездами наедине.
И Бог не видел грех воочью -
Ведь яблоко нашли во тьме.
Его нащупали на ветке -
Двоим и ужин, и обед.
В тот год плоды родились редки -
Вот майских заморозков след.
И Ева бросила огрызок
В крапиву - там он и лежит.
Ведь знала, что поступок низок
И отвечать им предстоит.
Бог утром вежды открывает
Послушать райский птичек грай,
Тут падший ангел подлетает
И говорит - пересчитай.
Считает раз, считает дважды
И трижды - чтоб наверняка.
А если так утащит каждый?! -
И получил Адам пинка!..

Играем мыслями, словами
Под музыку небесных сфер,
А сын восхода - Люцифер -
Как и тогда, следит за нами.

* * *
И все-таки пришлось покинуть Питер,
Действительно уже не Ленинград, -
О Вас он безразлично ноги вытер
Своим ничтожным уровнем зарплат.

А женственность - последнее оружье,
К тому же ум все светится в глазах.
А безотцовщина переросла в безмужье,
И мать и дочь остались на руках.

В Москву, в Москву! - где жизнь еще фурычит,
И "на чужой манер" еще родит,
И где фирмач Вам с бодуна не тычет,
И в вырез заглянуть не норовит.

В ночь пятницы на светлую субботу,
Вокзальную пронзая канитель,
Домой Вы мчитесь, словно на работу,
Все пятьдесят безвылазных недель.

На Стрелку, на трамвае, рано-рано,
С гостинцами, съестным спешите Вы,
Не замечая падших истуканов,
Колонн и львов, сидящих у Невы.

* * *
"…Твою погибель, смерть детей
С жестокой радостию вижу".
А.С.Пушкин. "Вольность"

И было сказано, и так произошло.
А палачей кровавых ремесло
Он презирал,
но, обличая гнет,
Провидел казнь порывом изначальным…

И оказался слишком уж буквальным
Истории отечественной ход.

ПАРАШЮТИСТКА

Кленов золото выглядит бедно,
Скучно взгляду на жухлой траве.
Ты мечтаешь исчезнуть бесследно
И пропасть навсегда в синеве.

Ты шагнешь из открытого люка,
Сильный воздух подхватит тебя -
Не любовь, не жена, не подруга,
Не тоска, не печаль, не судьба.

Раз уж осени павшим убранством
Запасаться немыслимо впрок,
Ты сейчас овладеешь пространством,
Пролетев его наискосок.

Ни единого в жизни событья -
Ни звонков, ни свиданий, не встреч -
Так боюсь, что могу погубить я,
Попытавшись тебя уберечь.

Ну а кто же ты есть в самом деле,
Кто же я - не понять ничего.
Нашим временем мы не владели
Слишком врозь проживая его.

БЕГЛЯНКА

Ты выросла в тринадцать лет,
И больше не росла.
Там северного солнца свет
Желтел из-за угла.

Там зэки под конвоем шли
На стройку по грязи.
И вышки были там вдали,
А также и вблизи.

Там самый воздух был жесток
В отчаянье сердец.
Ты юности тянула срок
Пока был жив отец.

Все ненавидели его,
Любила ты одна.
Он чтил закона торжество -
Лишь в том его вина.

Он вдоль колючки брел домой,
Спешил, в упадке сил,
И был он сильный, но больной,
И Бог его простил.

Ведь он и умер оттого,
Боясь с ума сойти,
Что думал - он или его
Здесь держат взаперти.

И вскоре замуж вышла мать.
И до скончанья дней
Жизнь предстояло коротать
У зон и лагерей…

Ты воплотила их мечты -
Чем бредил каждый зэк,
Оттуда убежала ты
Одна, одна из всех.

И ты свободна навсегда,
И ни любовь, ни быт,
Тебя никто и никогда
Свободы не лишит…

В журнале "22"
http://www.sunround.com/club/22/136_alikhanov.htm

Русская Православная община в Бизерте.


История церковного прихода при храме св. благоверного Александра Невского в Бизерте формально началась в 1938 году, когда завершились строительные работы и церковное здание было освящено. Но на деле она уходит корнями в эпоху Великого исхода, т.е. первая страница ее хроники относится ко времени на восемнадцать лет раньше.

Девяносто лет назад, в декабре 1920-го, к побережью Северной Африки стали прибывать русские корабли. В далеком Крыму, с недавних пор занятом большевиками, не осталось места для белых офицеров, для простых моряков врангелевского флота и семей военнослужащих. Франция дала приют белой эскадре, определив для стоянки место – порт Бизерта на средиземноморском побережье Туниса. В течение нескольких месяцев добирались туда линкоры, крейсера, миноносцы, подводные лодки, ледоколы, пока не прибыл на место последний корабль. Всего весной 1921-го там стояло на якоре 33 боевых и транспортных единицы, доставивших около шести тысяч человек.
читать Collapse )

Римская лирика.



РИМСКАЯ ЛИРИКА

* * *
Доступен был и не заносчив,
Не раб, но и не господин -
Вольноотпущенник, доносчик,
Он сделался необходим.
Неслышно шастал по хоромам,
Чтоб на ушко потом шептать.
С патроном рядом похоронен -
За Летой слухи собирать...


4417194857_0f1bb916b1_o

ФОРНАРИНА

С подмастерьем по Фарнезе
Шел однажды Рафаэль,
И, участвуя в ликбезе,
Он имел благую цель:

Он искал лицо Психеи,
Чтоб на все бы времена -
Встретил ты ее в музее:
Сразу видишь – вот она.

Тут навстречу – Форнарина!
Папа – местный хлебопек.
И пошла писать картина,
И пустилась наутек!

Было – ваше, стало – наше, -
Кто же в Риме без греха! -
Дал он золота папаше
За невесту пастуха.

смотреть и слушать Collapse )

Отмазка от тунеядки.

27052012453[1]

Десяток подобных публикаций в год - в различных журналах - редко переходил в другой десяток. Надо было слишком много "бегать по редакциям" - разносить стихи. рецензии, переводы - потом звонить "после двух" в литературный отдел, напоминать о себе.
Но все равно я упорно - и изо дня в день, и из года в год этим занимался.
Эта "творческая активность" имела чисто утилитарный смысл.
Там и сям набегали какие-никакие гонорары, справки о которых собирались и приносились в "Профком литераторов при издательстве "Советский писатель".
( Георгиевском переулке дом 2 - в минуте ходьбы от сегодняшней "Думы".)
Необходимой суммы 85 рублей в месяц надо было набрать, чтобы иметь право не работать по трудовой книжке.
То есть, не попасть под "тунеядку".
Заплативший взносы Член профкома имел и членский билет, который предъявлялся при случае участковому, и даже имел официальное право на литературного секретаря.
Вот удивительный случай из тогдашней жизни:
игрок Клубника (герой "Клубничного времени" -http://alikhanov.livejournal.com/…/%D0%9A%D0%BB%D1%83%D0%B1…) изловчился, и стал Членом профкома литераторов,
и тут же взял себе на работу литературным секретарем другого игрока - каталу по кличке Чума.
Член Профкома литераторов должен был платить своему литературному секретарю официальную зарплату - что и делалось, и проводилась по всем ведомостям и документам.
В реальной же жизни не Клубника - Чуме, а наоборот Чума платил Клубнике за "отмазку от тунеядки" - 200 рублей в месяц.
Раз в три-четыре месяца эти играющие люди встречались, и разыгрывали
набежавшую за это время "зарплату" в бильярд.
Чума играл в американку шаров на 3-4 шара сильнее Клубники, но по сводке они играли на равных.
Через пару часов игры в бильярд вся клубничная зарплата за "отмазку от тунеядки" возвращалась обратно Чуме,
а чаще всего "работодатель" Клубника еще и оставался должен своему наймиту.
Финал всех этих странных совковых взаимоотношений был еще удивительней.
Когда все состарились - Клубнике пенсию не назначили, поскольку никаких справок о трудовой деятельности и зарплате он собрать не сумел.
Чуме же назначили нормальную пенсию, как секретарю Клубники.
Самое удивительное - этот профком до сих пор существует!
25072012091

25072012092





Роман "Гон" слушать, рецензия.


https://knigavuhe.org/book/gon/

https://alikhanov.livejournal.com/1856014.html рецензия

И единственная наша надежда, что планетарное пространство еще сохранилось и сакральная память нашего континента оживит народы, населяющие российские просторы...

В сакральном пространстве России происходит величайшее духовное сражение, в результате которого исчезает Второй мир.

И уже в полусне Феликс Павлович неожиданно понял, что и двурогий зверь, и антихрист только потому и явились, что побеждающий наследует все.

http://runcib.ru/detektiv/3657-sergejj-alikhanov-gon-2011.html
http://www.akniga.ru/Audiobook2980.html
http://obuk.ru/audiobook/87510-sergej-alixanov-gon-audiokniga.html
( и еще на сотнях сайтов)


11.

Хотя Феликс Павлович давно купил себе Библию, оказалось, что разговоры о книге были просто предлогом для встреч, и с годами еженедельные ужины с однокашником Додиком Ананьевым стали для Латунного приятной традицией. Тем более, что и Додику в его холостяцкой жизни было желательно хоть раз в неделю поесть горячего супа. А в тот вечер Феликсу Павловичу было особенно необходимо поделиться с близким человеком всем тем, что накопилось в душе.

Лата, тосковавшая без Гона, непонятно куда и на сколько умчавшегося в южном направлении, обычно не принимала участия в семейных вечерних трапезах, но сегодня тоже вышла к столу.
Ксения Сергеевна, не стесненная на сей раз во времени приготовления пищи, постаралась на славу, запасшись провизией с Черемушкинского рынка, где теперь в любое время года было изобилие овощей и фруктов, а главное - орехов и трав.

Посреди стола стояла огромная салатница с нарезанными помидорами и огурцами, нашинкованным зеленым луком, редисом, киндзой, петрушкой, рехани (базиликом), политыми постным маслом и уксусом, а так же тремя столовыми ложками кипяченой воды, в которых была растворена щепотка сахара. Рядом с салатом, в большой соуснице, Ксения Сергеевна подала аджап-сандали, приготовленный по ее особому рецепту.

смотреть и слушать Collapse )