Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

"Там, за неподвижной заводью зеленой, в сизой дымке времени светится вода..."

CIMG0926

* * *
Там, за неподвижной заводью зеленой,
В сизой дымке времени светится вода.
Там струя стремится к цели отдаленной.
Ряска стала в заводи, не плывет туда.

А над кромкой берега изогнулись ивы,
Солнечные блики по стволам плывут.
Я пришел печальный, а уйду счастливый.
Жаль, что так недолго постоял я тут.


1977 г. Волоколамск, на покосе в яблоневых садах.

ЗАТЕНЕННАЯ ОСЕНЬ



ЗАТЕНЕННАЯ ОСЕНЬ

Расследую хищения в сентябрьский листопад,
А надо бы священника вдруг занемогшей музе.
В златолетящем городе я осени не рад,
А рад тому, что гордиев я разрубаю узел.

И пролетает в памяти, как лист над головой, -
Вы не судимы будите, лишь только не судите.
Впервые - как мне помнится - осеннею порой
Моя душа не полнится предзвучьями наитий...


1978 год Шатура.

"А космы рыжие берез редеют в сизой дымке..."



* * *
Подышим осенью, мой друг,
Покурим у времянки.
Ни здесь ли превратился звук
В «Прощание славянки»?

А космы рыжие берез
Редеют в сизой дымке.
Хоть выложились мы всерьез -
Остались недоимки.

Мы заняли не мелочась,
А не за веру пали.
И жены не прощали нас,
И, не простясь, бросали.

Увязли мы в сырой земле.
А марш звучит далеко -
На уходящем корабле
В порту Владивостока.

"В сизой дымке времени светится вода..." - Волоколамская тетрадь.





На покосе в яблоневых садах. Волоколамск,
стихи 1974-1977 гг.

***
У дороги на Ржев, среди рек, лесов,
На сыром картофельном поле
На ведре сидит Эдуард Стрельцов -
Эпоха в футболе.

Выбирает и выгребает он
Из грязи непролазной клубни,
А в Москве ревет большой стадион,
Отражаясь в хрустальном кубке.

Вся страна следила за пасом твоим,
Бедолага Эдик.
Ты прошел по всем полям мировым
От победы к победе.

Но нашел ты поле своё.
У него вид не броский,
Слышь? -
Отсидел ты в Новомосковске,
На ведре теперь посидишь.

А в Бразилии выезжает Пеле
Из дворца на своем лимузине.
На водку хватает тебе, на хлеб,
Сапоги твои на резине.

Бекенбауэр, вы негодяй! -
Вы торгуете собственным именем.
А у нас поля чуть-чуть погодя
Поутру покроются инеем...

Называли тебя величайшим гением
Сэр Рамсей, Бобби Мур.
Не обделил тебя бог и смирением.
Кончай перекур!

Стихотворение вошло в "Антологию русской поэзии 20 века"

* * *
Настил подметаю в столовой
Колхозной, дешевой, сырой.
И брезжится сумрак багровый,
И солнце встает над страной.

Натоптано здесь сапогами,
Наляпана каша в углах.
А ветер летит и крылами
Волнует траву на лугах.

Я замками бредил на Темзе,
Кривые халупы кляня.
Россия забытая, чем же
Ты очаровала меня?

Не ведаю, знать я не знаю.
И я подметаю настил,
И чисто его подметаю -
Я слишком его запустил.

* * *
Я с лесами родными прощусь -
На корню продается Русь.
Выпьем друг, с великой тоски,
Мы с тобой беспечны, как ангелы.
Ни за так отдаем куски
Размером с Англию.

Примем муки, в грязи полежим.
Эх, как наторговали щедро:
Мы с тобою на тоник да джин
Поменяли леса и недра.


* * *
Трубы ныли голосисто -
Провожали тракториста.
Он не заболел, не спился,
Просто, видимо, нажился.
Трудно сеять и пахать,
Легче сразу помирать.

***
Горячим куешь ты железо,
В полях ли ты сеешь рожь,
Освой ремесло хлебореза,
И с ним ты не пропадешь.

В России частенько бывает,
Что вдруг человек пропадает,
Да так, что концов не найти.
А где же он? - Кто его знает.
Работает, пьет, погибает -
Неисповедимы пути.

И может, от чувства простора
Придется хлебнуть приговора
И будешь ты, мать-перемать,
Развеивать сумрак болотный,
В степи бесконечной Голодной
Великий канал прорывать...

КЛАДЫ.

Разумно жили на Руси -
Молились - "Господи, спаси!.."
А сами тоже не плошали:
И в подпол прятали, и в печь,
Чтобы на черный день сберечь
То, что годами наживали.
А как нагрянул черный день, -
Сгорело столько деревень.
И под ковшом блеснут порою
Богатства прежнего следы.
А откупились от беды,
Да вот не золотом, а кровью…

Журнал "Юность" №4, 1984 год - http://alikhanov.livejournal.com/100938.html

* * *
Завсегдатай клуба, Метрополя,
Щедро раздававший серебро,
Подниму картофелину с поля,
Положу в дырявое ведро.

Накрывая для бригады ужин,
Бормочу я рифмы - все не сник.
Для своей бригады здесь я нужен,
Как шофер, дежурный, истопник.

Лишь бы мне не сгинуть ненароком,
Лишь бы оказаться понужней,
Лишь бы ближе - тем ли, этим боком, -
Все равно кем быть среди людей.


***
Здесь от могилы братской до могилы
Полкилометра, километр от силы,
А у высот они идут подряд.
Здесь раньше срока люди умирали,
Вдоль этих мест сейчас проходит ралли,
И кто-то бродит в поисках опят.

И сколько там кукушка ни кукует -
Их поколенью скоро срок минует,
И есть предел у долгих вдовьих мук.
И поросли окопы лебедою,
Брат горевал над давнею бедою,
Горюет сын и не сумеет внук...

Впервые опубликовано в журнале "Юность"


***
Ухарские выкажу замашки,
И пока до озера дойду,
Выпрастаю плечи из рубашки,
Загореть успею на ходу.

Солнце и недальняя дорога,
Вдоль опушки леса, вдоль ручья.
Аист над водою длинноного
Постоит и отразит струя
Птицу.
Я увижу спозаранку
У опушки низкую землянку
Полуразвалившийся накат.
Здесь снаряд десятки лет назад
Вывернул всю землю наизнанку,
Хорошо как не задел солдат...

Волоколамск.

***
Живу урывками - то от чего-то спрячусь,
То снова появлюсь среди людей.
В нарядах на разгрузку овощей,
И в списках на парад я все же значусь.

Я все же есть, и от меня скажите
Поклон отцу, поехав в те края.
У агитпунктов школ и общежитий
Встречается фамилия моя.

Когда свой стих я открывал в журнале -
Какой восторг охватывал меня!
Как ликовал, как радовался я!
Но все мои успехи миновали...


* * *
Когда туман, явившийся над пашней,
Чуть убыстряет сумерек приход,
Июльский день, почти уже вчерашний,
Еще переполняет небосвод,
И месяц из-за облака встает -
Что может быть прекрасней этих далей! -
Темнеющих опушек островки,
И запах сена, словно дым печалей,
Окрестных сел живые огоньки,
И тусклый блеск темнеющей реки.

Над Ламой.

ПАСТОРАЛЬ

Жить люблю сейчас, сейчас! -
И не для отвода глаз
Заниматься вместе с вами
Только общими делами.

Есть у нас гитара, мяч,
Песня весело поется.
Никогда нас не коснется
Отрезвленье неудач.

Хлеб, парное молоко.
Как трудиться здесь легко –
Выбрать здесь для нас сумели
Достижимые лишь цели.

Жизни радуюсь, живу
И печали я не знаю.
Нашей цели достигаю,
Скашивая всю траву.

Дни идут, какие дни!
И конец любой стерни –
Воплощение успеха,
Славы, солнечного смеха.

Лебеду и молочай
Я выпалывал из грядки.
Жизнь моя была в порядке,
Радость била через край.

Но достигнутая цель
Грань событий знаменует.
Через несколько недель
Единение минует,
Общности уходит хмель.

Вижу вновь: вот я - вот он.
Общий только небосклон.
Я опять один.
Как прежде,
Я вверяюсь лишь надежде,
Но не жду я ничего,
Ощущаю дней тревожность,
Принимаю невозможность
И несбывчивость всего.

* * *
Там, за неподвижной заводью зеленой,
В сизой дымке времени светится вода.
Там струя стремится к цели отдаленной.
Ряска стала в заводи, не плывет туда.

А над кромкой берега изогнулись ивы,
Солнечные блики по стволам плывут.
Я пришел печальный, а уйду счастливый.
Жаль, что так недолго постоял я тут.

"Там струя стремится к цели отдаленной..."

CIMG0926

* * *
Там, за неподвижной заводью зеленой,
В сизой дымке времени светится вода.
Там струя стремится к цели отдаленной.
Ряска стала в заводи, не плывет туда.

А над кромкой берега изогнулись ивы,
Солнечные блики по стволам плывут.
Я пришел печальный, а уйду счастливый.
Жаль, что так недолго постоял я тут.


1977 г. Волоколамск, на покосе в яблоневых садах.

"Там, за неподвижной заводью зеленой, в сизой дымке времени светится вода..."

IMG_1502

* * *
Когда туман, явившийся над пашней,
Чуть убыстряет сумерек приход,
Июльский день, почти уже вчерашний,
Еще переполняет небосвод,
И месяц из-за облака встает -

Что может быть прекрасней этих далей! -
Темнеющих опушек островки,
И запах сена, словно дым печалей,
Окрестных сел живые огоньки,
И тусклый блеск темнеющей реки.


Волоколамск


* * *
Там, за неподвижной заводью зеленой,
В сизой дымке времени светится вода.
Там струя стремится к цели отдаленной.
Ряска стала в заводи, не плывет туда.

А над кромкой берега изогнулись ивы,
Солнечные блики по стволам плывут.
Я пришел печальный, а уйду счастливый.
Жаль, что так недолго постоял я тут.


На покосе в яблоневых садах.

ПАСТОРАЛЬ

Жить люблю сейчас, сейчас! -
И не для отвода глаз
Заниматься вместе с вами
Только общими делами.
Есть у нас гитара, мяч,
Песня весело поется.
Никогда нас не коснется
Отрезвленье неудач.

Хлеб, парное молоко.
Как трудиться здесь легко –
Выбрать здесь для нас сумели
Достижимые лишь цели.
Жизни радуюсь, живу
И печали я не знаю.
Нашей цели достигаю,
Скашивая всю траву.

Дни идут, какие дни!
И конец любой стерни –
Воплощение успеха,
Славы, солнечного смеха.
Лебеду и молочай
Я выпалывал из грядки.
Жизнь моя была в порядке,
Радость била через край.

Но достигнутая цель
Грань событий знаменует.
Через несколько недель
Единение минует,
Общности уходит хмель.

Вижу вновь: вот я - вот он.
Общий только небосклон.
Я опять один.
Как прежде,
Я вверяюсь лишь надежде,
Но не жду я ничего,
Ощущаю дней тревожность,
Принимаю невозможность
И несбывчивость всего.


"Волоколамская тетрадь", 1977 год.

Роман "Оленька, Живчик и туз" - 20 000 000 сайтов!

“Оленька, Живчик и туз” - врезки
http://detectivebooks.ru/book/20058327/
и еще 20 000 000 сайтов!
https://yandex.ru/search/?lr=213&msid=1486643735.81663.22878.23200&text=%20%D0%A1%D0%B5%D1%80%D0%B3%D0%B5%D1%8F%20%D0%90%D0%BB%D0%B8%D1%85%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B0%20%E2%80%94%20%E2%80%9C%D0%9E%D0%BB%D0%B5%D0%BD%D1%8C%D0%BA%D0%B0%2C%20%D0%96%D0%B8%D0%B2%D1%87%D0%B8%D0%BA%20%D0%B8%20%D1%82%D1%83%D0%B7

IMG_0518

Захватывающий роман-феерия Сергея Алиханова — “Оленька, Живчик и туз” стал “гвоздем” 109 номера журнала “Континент”, в котором был опубликован впервые, а затем вышел в однотомнике издательства «Терра», а потом вв аудиоформате в издательстве "ИДДК".
Роман этот одновременно и пародия на бульварную литературу, и едкая сатира на нашу действительность, и неожиданно провидческое произведение, в финале которого смертоносный самолетик таранит высотное здание некоего могущественного ведомства.
Роман поражает не только своими пророчествами; талантливый автор совершенно непроизвольно угадывает такое, о чем среднестатистический читатель ни из какого другого источника никогда и не узнал бы. Сила алихановского таланта такова, что страницы этой от первого до последнего слова вымышленной истории так и пестрят подлинными фактами и цифрами
.
Игорь Виноградов
Главный редактор журнала «Континент»

В ред_Континента Виноградов  Алиханов
В редакции журнала "Континент" Главный редактор Игорь Иванович Виноградов и Сергей Алиханов.

Роман «Оленька, Живчик и туз» в самом деле замечательный – густой (автора просто распирает от языковых и прочих плюшек, фенек, кунштюков, прибамбасов) очень смешной и злой. Криминальная трагикомедия, феерия-гротеск, плутовской роман: слишком абсурден, чтобы рядом с ним можно было читать «нормальную литературу».
Евгений Лесин
газета «Алфавит»

Сто бригад, оснащенных роторными экскаваторами, бульдозерами, трубоукладчиками и тяжелогрузными вертолетами четверть века строили и построили «Тузпром» - величайший подземный энергетический поток.
Через 800 рек, через десятки горных хребтов, по шести трубам диаметром полтора метра каждая, под давлением 75 атмосфер вот уже скоро 40 лет могучей подземной рекой идет и уходит в Европу газ – голубое золото России.
Великие стройки социализма: БАМ, «Атомград», КАМАЗ - все вместе взятые не стоят - по вложенным средствам - и трети «Тузпрома».
IMG_0515
Я вложил свой ваучер в «Тузпром» и за пятнадцать лет получил дивиденды – 9 рублей. Легко подсчитать, что если бы все жители России вложили бы все свои ваучеры в «Тузпром», то с нами бы «влегкую» рассчитались за все эти годы и за "вложенные ваучеры" всего несколькими часами поставок.
И все же «Оленька Живчик и туз» - роман о любви, сияющее пламя которой жарче всех газовых горелок в мире.
Сергей Алиханов
http://alikhanov.livejournal.com/9709.html - Синопсисы моих романов "Гон" и «Оленька, Живчик и туз».


Интервью с постоянным автором "Континента" Сергеем Алихановым.
Роман Сергея Алиханова "Оленька, Живчик и туз" полностью опубликован в последнем 109 номере журнала "Континет" и выдвинут главным редактором журнала Игорем Виноградовым на премию "Национальный бестселлер России" за 2002 год.

- О чем Ваш новый роман?
В романе на событийном и на языковом уровне отражены эсхатологические перемены, произошедшие в России за последние десять лет. Время романного действия - всего два дня, в течении которых смоделирована абсурдность российского бытования - герой романа Веничка -, украв аукционную расписку, присвоил значительую часть национального богатства России.
Другой герой - вышедший на пенсию академик Бобылев - конструктор ядерных ракет "СС"
- самолетами авиамоделями, начиненными пластидом, решает уничтожить всех олигархов -"грязнохватов, и взрывает одного из них - основного диспетчера Тузпрома господина Фортепьянова.

Вор в законе Живчик - еще один герой моего романа - продает в Нигерию четыре парода с грузом "нержавейки - полеую водо-водяную оснастку ядерного реактора Чудаковской АЭС7
Все эти кажущиеся вымышленными события произошли в действительности - и в романе я только связал их в единый смысловой узел - через невероятные приключения парочки телефонных и вексельных аферистов Оленьки Ланчиковой и ее любовника Венедикта Васильевича Пыльцова.
Роман вышел в издательстве "Терра" 2003 году - http://alikhanov.livejournal.com/118730.html)
- Над чем Вы сейчас работаете?
Правильнее было бы спросить на что вы сейчас живете.
Потому что с годами понимаешь, что главное в писательском деле - это иметь возможным год-другой не торопясь работать над новым романом.
Для этого я из номера в номер печатаю рецензии в газете "Книжное обозрение". Пишу тексты новых песен - в России я больше всего известен, как автор популярных песен "Буду я любить тебя всегда" Но ниточке, по ниточке ходить я не желаю" Что тебе подарить, кроме верной любви " и многих других.
Недавно 22 марта в концертном зале Россия прошла презентация моей новой песни "Белая Бабочка".
Чтобы заработать приходиться участвовать и в различных пиаровских кампаниях.
И все это я делаю для того, чтобы иметь возможность, не торопясь, дописать повесть "Бильярд чужих не любит".

"Там, за неподвижной заводью зеленой, в сизой дымке времени светится вода..." - лирика 1977 г.

DSC03454

***
Вновь в первых числах года
Перечитаю Пушкина.
Нет ближе
На свете человека мне, чем он.
Ни с кем я так беспечно не смеюсь,
Никто так верно мне не объяcнит
Зачем живу я. Смутные печали,
Подспудные желания, любовь -
Весь русский мир прекрасней
И ясней.
Спасибо, Пушкин!


***
Не получилось - и не надо.
И неудача есть награда
За то, что верил, долго ждал,
За то, что духом не упал.
Оправишься ты от удара.
Лишь неопределенность - кара.


***
Живу урывками - то от чего-то спрячусь,
То снова появлюсь среди людей.
В нарядах на разгрузку овощей,
И в списках на парад я все же значусь.

Я все же есть, и от меня скажите
Поклон отцу, поехав в те края.
У агитпунктов школ и общежитий
Встречается фамилия моя.

Когда свой стих я открывал в журнале -
Какой восторг охватывал меня!
Как ликовал, как радовался я!

Но все мои успехи миновали...


О ПОТОМКАХ

Когда мы станем все равны -
Преданьем смутной старины
Окажется наш краткий опыт,
И нашей жизни глас и ропот
Сольются - станут не слышны.

Тысячелетий ляжет тень.
Наш смысл и наша дребедень,
Быть может, сменятся местами.
Потомкам заниматься нами
Все будет некогда и лень.



***
В беспечной юности моей
Я не заканчивал лицей, -
Как беден мой язык!
Но огорчаться ни к чему,
Все позади, я к своему
Невежеству привык.


Стихотворение было напечатало в Альманахе “Поэзия”


***
Забор посередине поля, -
И с той, и с этой стороны:
Крапива, разнотравье, воля
Зачем они разделены?

Из ельника, да в березняк -
С души спадет раздумий мрак…


Судогда.

***
Главная одержана победа!
Но, глядишь, победный день прошел,
И как-будто сделано полдела:
Тот великий, все решивший гол,
Ничего сегодня не решает,
И неповторимостью своей,
Долгой славой исподволь мешает -
Подавай победу поновей!


Эшеры.

В 1977 году летом на Олимпийской базе... -
http://alikhanov.livejournal.com/135509.html

* * *
Пока над нами не растет ковыль.
Не слой сырой земли - сухая пыль,
Лишь пыли взмет остался между нами.
И словно смерть покрыла нас крылами,
И в небыль обратила жизнь и быль.

Вся жизнь моя пошла куда-то вкось.
Как тяжело и жить и верить врозь.
Груз общий не неволил наши плечи.
Запамятовать час условной встречи
Не приходилось, а теперь пришлось.

Да, многого теперь навеки нет -
Ни встреч, ни откровений, ни бесед,
Ни долгих по окрестностям осенним
Прогулок - с опозданием оценим
Их уходящий благотворный свет...

Прошли сквозь жизнь ростки разрыв-травы.
А если связь, то типа тетивы.
Хотя ты жив меж морем и пустыней,
Я здесь пока что жив, но все ж отныне
Мы друг для друга навсегда мертвы.

О, связей человеческих урод -
Нет дружбы, нет семьи, а есть народ.
И горько усмехнуться смогут боги,
Когда с тебя скощённые налоги
Пойдут на пулю, что меня убьет.

Публикацмя - альманах «Информпространство" 2006 г.

История написания - http://alikhanov.livejournal.com/264702.html
Памяти Степана Ананьева - http://alikhanov.livejournal.com/777707.html

***
Иногородний и невыездной,
Опять пленен я одиозным пленом,
Читаю, что меня какой-то пленум
Вдруг одарил свободой неземной.

Благодарю дарителей свобод
За словеса, рожденные в собранье -
Они стучат сейчас в моем сознанье,
Как шаг солдатский в каземата свод.



* * *
Когда туман, явившийся над пашней,
Чуть убыстряет сумерек приход,
Июльский день, почти уже вчерашний,
Еще переполняет небосвод,
И месяц из-за облака встает -

Что может быть прекрасней этих далей! -
Темнеющих опушек островки,
И запах сена, словно дым печалей,
Окрестных сел живые огоньки,
И тусклый блеск темнеющей реки.


Волоколамск.


ПАСТОРАЛЬ

Жить люблю сейчас, сейчас! -
И не для отвода глаз
Заниматься вместе с вами
Только общими делами.
Есть у нас гитара, мяч,
Песня весело поется.
Никогда нас не коснется
Отрезвленье неудач.

Хлеб, парное молоко.
Как трудиться здесь легко –
Выбрать здесь для нас сумели
Достижимые лишь цели.
Жизни радуюсь, живу
И печали я не знаю.
Нашей цели достигаю,
Скашивая всю траву.

Дни идут, какие дни!
И конец любой стерни –
Воплощение успеха,
Славы, солнечного смеха.
Лебеду и молочай
Я выпалывал из грядки.
Жизнь моя была в порядке,
Радость била через край.

Но достигнутая цель
Грань событий знаменует.
Через несколько недель
Единение минует,
Общности уходит хмель.

Вижу вновь: вот я - вот он.
Общий только небосклон.
Я опять один.
Как прежде,
Я вверяюсь лишь надежде,
Но не жду я ничего,
Ощущаю дней тревожность,
Принимаю невозможность
И несбывчивость всего.

Волоколамск.

* * *
Там, за неподвижной заводью зеленой,
В сизой дымке времени светится вода.
Там струя стремится к цели отдаленной.
Ряска стала в заводи, не плывет туда.

А над кромкой берега изогнулись ивы,
Солнечные блики по стволам плывут.
Я пришел печальный, а уйду счастливый.
Жаль, что так недолго постоял я тут.


Волоколамск, на покосе в яблоневых садах.

***
Сосны, пришедшие к берегу Волги -
Корни их волжскою влагой наволгли,
Вязкий суглинок размыла вода.
Ох, как не хочется пасть исполину -
И обопрется о мокрую спину
Всеми ветвями - и сгинет туда!

И понесла его - словно не смыла,
А зашептала и уговорила
Берег сосновый сменить на иной.

Тихо на Волге. Не шелохнутся
Чуткие сосны. А силы мятутся,
Силы подспудные глади речной...

Тутаев.


***
Как трудно что-то сделать на земле -
Скосить траву, приобрести сноровку,
Скопить немного денег на обновку,
Дождаться солнца в предрассветной мгле.

Успей скосить, освоить ремесло,
И башмаки примерить мировые,
Пока не в тягость трудности земные,
И отчуждение не пришло.



ЗАТЕНЕННАЯ ОСЕНЬ

Расследую хищения в сентябрьский листопад,
А надо бы священника вдруг занемогшей музе.
В златолетящем городе я осени не рад,
А рад тому, что гордиев я разрубаю узел.

Впервые - как мне помнится - осеннею порой
Моя душа не полнится предзвучьями наитий.
Лишь пролетает в памяти, как лист над головой, -
Вы не судимы будите, лишь только не судите.

Шатура.


ЦЕЗАРЬ

Он шел впереди легионов,
И спал на земле у костров,
И не просыпался от стонов,
От окриков, ржанья, шагов.

Холодное солнце вставало
Над порабощенной землей,
Где гибель свирепого галла
Где бритта бегущего вой.

Но в жизни суровой солдата
Рассеивая племена,
Он думал о кознях сената
Трибунов твердил имена.

Неслись в небеса то молитвы,
То песни, то жертвенный дым,
И были кровавые битвы
Лишь долгой дорогою в Рим.

Римская лирика - http://alikhanov.livejournal.com/969142.html



***
Иосифу Бродскому

Западный полюс словесности русской
Под небывалой сегодня нагрузкой.
Стонут широты, как провода,
Сил направленье: оттуда - сюда.

Ваша тоска обогнет океаны.
Ваши печали здесь нам желанны,
Как кислорода тайный глоток,
Гальванизируюшие, как ток.



"После нас, к сожалению, будет потоп..." - "Западный полюс словесности русской..." -http://alikhanov.livejournal.com/231287.html



***
Нет и не будет свободных мест -
Занято все и внутри и окрест.

Двери закрыты. На много веков
Список составлен очередников.

Но сократиться в инстанции квота,
Значит из списка выпадет кто-то.

Может быть, скоро отменят его,
Может, не будет вообще ничего.

Скатертный переулок.


***
Узнаю тебя в спинах похожих
Удаляющихся прохожих,
И боюсь - обернешься ты вдруг.
И под неузнавающим взглядом,
Станет жизнь нескончаемым адом
Нервных срывов и ревности мук.

Прощено ли, да все ж не забыто,
И трагедии нашего быта
Не вершатся последней главой.
Все упорней с тобой порываю.
Что ж я взглядом ищу, ожидаю
Неожиданной встречи с тобой?..

"Подышим осенью, мой друг..."

IMGP0104

***
Подышим осенью, мой друг,
Покурим у времянки.
Ни здесь ли превратился звук
В "Прощание славянки"?

А космы рыжие берёз
Редеют в сизой дымке.
Хоть выложились мы всерьёз,
Остались недоимки.

Мы заняли не мелочась,
А ни за веру пали.
И жёны не прощали нас
И, не простясь, бросали.

Увязли мы в сырой земле.
А марш звучит далёко -
На уходящем корабле
В порту Владивостока.


Село Казанское.
Опубликовано - http://magazines.russ.ru/znamia/1999/6/alihan.html

"А над кромкой берега изогнулись ивы..." - Волоколамск, на покосе в яблоневых садах.

CIMG0926

* * *
Там, за неподвижной заводью зеленой,
В сизой дымке времени светится вода.
Там струя стремится к цели отдаленной.
Ряска стала в заводи, не плывет туда.

А над кромкой берега изогнулись ивы,
Солнечные блики по стволам плывут.
Я пришел печальный, а уйду счастливый.
Жаль, что так недолго постоял я тут.


1977 г. Волоколамск, на покосе в яблоневых садах.