Category: природа

Category was added automatically. Read all entries about "природа".

"Ведь на запад на тысячи верст никого, и на север лишь тундра и мгла...



ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ НАРЯД

Тот, что слева, прищурясь, глядит в океан -
Что там чайки ныряют в волнах?
Тот, что справа, на сопки глядит сквозь туман.
Пальцы твердо лежат на курках.

А по центру с овчаркой спешит старшина,
Ничего не заметил пока.
Но шумит, набегая на берег, волна,
И рыча, рвется пес с поводка.

И недаром собака тревожит его -
Лишь врага здесь учуять могла -
Ведь на запад на тысячи верст никого,
И на север лишь тундра и мгла.

И ни звука, ни промелька не упустив,
Вновь вернутся в означенный срок.
А на мокрый песок наступает прилив
И смывает следы от сапог.

Владивосток.

Журнал "Новый мир" №12 1999 г. -
http://magazines.russ.ru/novyi_mi/1999/12/alihan.html












"В море - в страхе труд, на реке - в страстях..." - Поморская тетрадь.

сканирование0007
Река Сояна, 1978 год.
Ведет моторку Владимир Нечаев, Игорь Шкляревский, Ваш покорный слуга.

СЕВЕРНЫЙ СОНЕТ

Здесь берег изогнулся, как подкова.
И Сояна стоит на берегу.
Нет, не увижу я нигде такого!
За то, что видел - я навек в долгу.
Здесь больше полугода все в снегу.
Зима долга, морозна и сурова.
Дороги все уходят здесь в тайгу,
И все они ведут в деревню снова.

А летом и спокойна, и добра,
Как небеса, зовет в себя природа.
И длятся дни с утра и до утра.

Живут в деревне в основном три рода -
Нечаевых, Крапивиных, Белых,
И, кажется - Земля стоит на них.


***
В раскатистом шуме Большого порога
У самой реки мы прожили немного -
Стремился на север поток.
Хотя и березы листвою шумели,
И сосны сухие под ветром скрипели -
Мы слушали только порог.

Опять меж домов я слоняюсь угрюмо.
Как-будто и не было этого шума,
И голос простора угас.
Вдали самолет пролетит ненароком.
А там, у далекой реки под порогом,
Как-будто и не было нас.


Мигра

***
Чем меньше река, тем извилистей русло, -
Спрямить! Чтобы не было мелко и грустно!

А будет все так, как ни раз уж бывало -
Когда в половодье шальная река
Крушила, сводила на нет берега,

И после опять их себе намывала.
12.09.1978 г.

* * *
Летим над озерами и над тайгою -
Рядком вдруг увидел я двух лебедей.
А сколько полетов, и лет, и людей
Меня навсегда разделило с тобою...


В вертолете вдоль Белого моря.

***
Не шум зеленый - желтый шелест
Стоит на берегу.
На нерест
Пробились семужьи стада.
Их сквозь проливы звал сюда
Какой-то вкус воды особый.
И вновь как будто бы для пробы,
Я свешусь, из реки напьюсь.
В ней северного ветра вкус,
В ней вкус болотного тумана.
Но лишь от той воды из крана
Я эту смог бы отличить.
А пьешь - и хочешь пить и пить.

На Сояне.

***
В конце известий - вновь осадки.
А мы их слушаем в палатке,
И как мембрана полог наш.
Слегка коснулось нас ненастье,
И вдруг далекое несчастье
Вдруг до костей пронзило аж!

В какой глуши - скажи на милость! -
В нас состраданье пробудилось.

http://alikhanov.livejournal.com/989735.html

ПОСЛЕДНИЙ ЖИТЕЛЬ

Вовсе не умникам вопреки,
Ни дуракам подстать,
В этой деревне у самой реки
Стал он свой век доживать.

Может, и был на подъем тяжел,
И отгулял свое -
Так до конца вот и не ушел
Житель последний ее.

Горше наверно не может быть
Мысли последней той,
Что никому уж теперь не жить
Здесь, на земле родной.

Мезень.

* * *
Игорю Шкляревскому

На сотни верст вокруг ни деревеньки нет,
Но кто-то ходит нашею тропой.
- Здесь, где-то здесь медведь! Ты видишь этот след?
Смотри, он заполняется водой!*

Когда с бревна в ручей я с рюкзаком упал,
И, вынырнув, стал шумно выгребать,
С горящей берестой на помощь ты бежал, -
И засмеялся – некого пугать!

Пружинил блеклый мох, гудел привычно гнус.
Дым от костра шел в сторону болот.
Что ж столько лет спустя, я вновь за нас боюсь –
Ведь от Мегры забрал нас вертолет...


* Знак того, что медведь только прошел - и следит за нами впереди нас.
Все так и было - Игорь - на случай нападения медведя - держал за пазухой сухую бересту.

1984 г.

сканирование0002

* * *
Сквозь бурелом, ища привала,
Мы шли вдоль берега с утра -
Нам направление давала
В порогах шумная Мегра.

Ход семги, холод, - в том апреле
Нам повезло вечерней мглой:
Сквозь морось добрели до цели -
К заброшенной избе курной.

Набрав валежника, закрылись,
И развели костер в углу, -
Дым прижимал, и мы склонились
К еде на земляном полу.

За лапником на чистый воздух -
Ель топором я обмахал,
И вновь в избу - дым дал нам роздых,
Стелился и тепло держал...

https://flic.kr/p/9ewyxc

НА МЕГРЕ

Кружит и бьется, и гудит вода в пороге -
Тяни, тащи! Гляди вперед! Смотри под ноги!

Водоворот! Из-под сапог валун уходит.
А за нос лодку водяной как-будто водит!

Эх, завтра утром бы направиться в верховье,
И мудренее бы…
А все же врет присловье!

И вовсе незачем мне быть умнее жизни, -
Споткнешься в воду, как предашься укоризне.

Проходим волоком порог. Идти осталось
Еще немного, а потом совсем уж малость.

НА СЪЕМКАХ

Недостаток воды наложил на людей отпечаток.
Как ты с нами суров, зверолов!
Мы просили тебя, чтоб ты был, по возможности, краток.
Но скажи нам хоть несколько слов.

Только зря режиссер стал сулить тебе скорую славу, -
Ты пресек его сразу, любителя северных тем,
И сказал то, что думал:
- Кто ехал сюда на халяву,
Тот уедет ни с чем.


Поселок Койда, Белое море - «День поэзии 1983»
История написания - http://alikhanov.livejournal.com/488341.html

* * *
Была пора отлета и над нами
Косяк за косяком летели гуси.
Казалось, что в сентябрьском небе
Остался только узкий коридор
Над нашим домом, лодкой и рекой.
Как-будто мы для них ориентиры.

Сояна.
http://alikhanov.livejournal.com/109897.html - фото,
http://alikhanov.livejournal.com/512847.html - журнал "Юность".

***
Средь обезлюдевшей страны
Крапива тянется все выше,
И мне с околицы видны
Лишь провалившиеся крыши

Здесь люди жили, да ушли, -
Лишь шум дождя, да посвист ветра...
Крапива брошенной земли
Вымахивает под два метра.

Крапива жжет, мешает мне -
Вдоль Енисея, - да повсюду -
Гвоздем царапать на бревне:
“Я здесь! Я есть! И здесь я буду!” -


* * *
Туда-сюда сную… Вступаю в зрелость.
На севере в поморское окно
Я заглянул. Взаправду там вертелось,
Наматывая нить, веретено.

И тотчас внес я в книжку записную
Вот этот путевой, поспешный стих:
Что мельком заглянул я в жизнь иную,
И столь же странен был мой вид для них.</i>


ПОМОР

В море - в страхе труд, на реке - в страстях,
Помогать зовут, путаться в снастях.

Подошел помор, дернул бечеву.
Долгий разговор начал ввечеру.

- Эх, прошла пора, стало не с руки.
И сквозь дым костра смотрит вдоль реки.

- Сделал все, что смог, стал я слаб, и стар.
Слушает порог, разгребает жар.

- Было столько дел, да прошли они.
Против ветра сел с дымной стороны.


У реки Сояна 1978 год.
Перевод на якутский язык - http://alikhanov.livejournal.com/236944.html

"И молодость моя, как та форель, описывает вечные круги во времени исчезнувшем..."


Отец катает меня на бревне 1953 год.


1971 год- на проспекте Руставели.

* * *
От бабочек, шмелей и мошкары
Колодезную воду очищая,
Форель жила в колодце.
Лишь лучи
Высокого полуденного солнца
Касались просветленной водной глади,
Среди замшелых отражений сруба,
Всмотревшись сверху, вдруг я замечал
И круговой, и быстрый ход форели...

И где бы я тех пор ни находился -
На севере у семужной реки,
Мчась через остров Медный в вездеходе,
Среди секвой в горах Съерра Невады,
Возле картин Вермеера, Эль-Греко,
Нисколько, никогда, не сомневался:
Усердный виноградарь поливает
Колодезной водой тугие лозы…

Вот я вернулся - белая сирень,
И завязь за калиткой приоткрытой,
И груши распускающийся цвет,
Вовнутрь себя обрушился колодец.
И молодость моя, как та форель,
Описывает вечные круги
Во времени исчезнувшем...


Среди секвой в горах Съерра-Невады...

Сергей Алиханов - Язык земли



ЯЗЫК ЗЕМЛИ

В предгорье, средь безветренного лета,
Иссяк ручей, иссушенный жарой.
Слоится почва, солнцем перегрета,
И трещины змеятся в желтый зной.

Но там, в горах, зажавши горловину,
С крутых карнизов рушится ледник.
Вода уже заполнила лощину,
И озеро в смертельную стремнину
Вдруг может превратиться через миг.

Пусть на жгутах спеленутого света
Качает скалы в мареве густом.
Безвольный зной не к засухе примета -
Помчится сель, как грязная комета,
Все слизывая жадным языком.

Отец - в Ботаническом саду - играет с семьей в “Нос”.

Мы

Отец - в Ботаническом саду - играет с семьей в “Нос”.
Суть игры: ведущий и все играющие непрерывно стучат по коленям.

Ведущий внезапно показывает кому-нибудь “Нос” - большой палец прикладывает к носу, к маленькому пальцу прикладывает большой палец другой руки - и шевелит всеми пальцами.

Играющий в ответ показывает ведущему игру на музыкальном инструменте, который сам выбрал.
Если ведущий показывает играющему игру на инструменте - играющий должен показать в ответ “Нос”.
Игра как видно на снимке - очень веселая. 1960-61 год.

"И кажется — Земля стоит на них..."



И КАЖЕТСЯ — ЗЕМЛЯ СТОИТ НА НИХ...

* * *
От зарплаты до зарплаты
Мать копила на духи,
Зряшние не делав траты —
Не терпела чепухи!

Будущий, а не вчерашний
День вступал в свои права —
Лился из Кремлёвской башни
Запах “Красная Москва”!

Приседания, наклоны...
Физзарядку — на балкон!
Ставила на подоконник
Удивительный флакон.

Улыбалась нежным светом
Башня древнего Кремля,
И сияла ей с рассветом
Вся Советская земля...



* * *

С рюкзаком и матрацем я Сытинским шёл переулком.
Раздобыл я тетрадь, чтобы строчками дни заполнять.
Это время глухое останется в отзвуке гулком,
Полутёмная комната будет отныне сиять.

Звонким словом в тетрадке останутся сопки Камчатки,
И заполнится век неоглядным течением рек.
Лишь в раздолье — свобода, в Россию иду без оглядки!
...А сейчас добираюсь на первый московский ночлег.



В“ОКТЯБРЬСКОЙ” ГОСТИНИЦЕ ЛЕНИНГРАДА

Сын пал в бою, вся жизнь теперь в стихах.
И фронтовые видели поэты,
Как Антокольский в порванных носках
Читал стихи, как в небеса воздеты
Тугие рифмы в старческих руках...


* * *

В просторах брошенной земли
Лишь шум дождей да посвист ветра...
Где люди жили, да ушли,
Растёт крапива за два метра.

Идёшь к деревне — и видны
Лишь провалившиеся крыши.
Средь обезлюдевшей страны
Крапива тянется всё выше.

Крапива так мешала мне
Вдоль Енисея — да повсюду! —
Гвоздём царапать на стене:
“Я был, и здесь я буду, буду!..”



СЕВЕРНЫЙ СОНЕТ

Здесь берег изогнулся, как подкова.
И Сояна стоит на берегу.
Нет, не увижу я нигде такого!
За то, что видел — я навек в долгу.
Здесь больше полугода всё в снегу.
Зима долга, морозна и сурова.
Дороги все уходят здесь в тайгу,
И все они ведут в деревню снова.
А летом и спокойна, и добра,
Как небеса, зовёт в себя природа.
И длятся дни с утра и до утра.
Живут в деревне в основном три рода —
Нечаевых, Крапивиных, Белых,
И, кажется — Земля стоит на них.


https://reading-hall.ru/publication.php?id=25757

"Ведь на запад на тысячи верст никого, и на север лишь тундра и мгла..."

сканирование0008
Село Никольское - остров Беринга

сканирование0017

сканирование0010

сканирование0016
***
Здесь, на рейде Авачинской бухты, -
На стыке земли, воды, неба,
Стояли Беринг, Лаперуз, Хабаров,
Слушали ветер, смотрели на скалы.
Но и до нас так же волны катились.
..

сканирование0019

сканирование0021
Надпись над Тихим океаном:"Партия Ленина, сила народная нас к торжеству коммунизма ведет..."

сканирование0018
Лежбище котиков

сканирование0020
Крытая галерея, откуда был сделан предыдущий снимок.

сканирование0007
Выступление перед экипажем агиттеплохода "Корчагинец" (переоборудованный большой морской рыболовный траулер - БМРТ)

сканирование0011
Праздник Нептуна - слева в глубине с баяном стоит Владимир Дениссенков,
с которым мы впервые встретились на корабле.
http://alikhanov.livejournal.com/78139.html

Ему тогда же была посвящена эпиграмма:

Над простором океана
Раздается звук баяна.
Баянист же неизменно,
Днем и ночью - в стельку пьян:
Тут не море по колено -
По колено океан!

И вот Владимир Дениссенков в Милане, возле театра Ла Скала:
http://alikhanov.livejournal.com/43553.html
Vladimir Denissenkov -

http://www.vladimirdenissenkov.com/contatti.htm

так судьба играет человеком, а человек играет на баяне...

сканирование0022
На первенстве по волейболу в трюме агиттеплохода "Корчагинец"

сканирование0005

сканирование0006
Грамота за выступления на Командорских островах, и стихи, там написанные:


ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ НАРЯД

Тот, что слева, прищурясь, глядит в океан -
Что там чайки ныряют в волнах?
Тот, что справа, на сопки глядит сквозь туман.
Пальцы твердо лежат на курках.

А по центру с овчаркой спешит старшина,
Ничего не заметил пока.
Но шумит, набегая на берег, волна,
И рыча, рвется пес с поводка.

И недаром собака тревожит его -
Лишь врага здесь учуять могла -
Ведь на запад на тысячи верст никого,
И на север лишь тундра и мгла.

И ни звука, ни промелька не упустив,
Вновь вернутся в означенный срок.
А на мокрый песок наступает прилив
И смывает следы от сапог.

* * *
На этой океанской широте,
где в сотни верст ветра берут разбег,
в какой невыносимой тесноте
работает и служит человек.
В отсеке узком, в трюме, в цехе узком.
Великое терпенье в духе русском.


НА КОМАНДОРСКИХ ОСТРОВАХ

Какая бедная природа
На этой северной земле!
Травой поросшие холмы
Как продолженье океана -
Ни кустика, ни деревца,
И ветер, ветер...

Среди бескрайнего простора
За территорию свою
На лежбище самцы дерутся.
Пронзительные крики чаек,
Рев котиков, прибоя шум…

Песок, приглаженный отливом,
Весь белый от разводов соли,
Недолго сохраняет след
Промчавшегося вездехода…




ТЯЖЕЛЫЙ ВЕТЕР

На Командорах, где тяжелый ветер
Шнур оборвал, унес белье сырое,
Я девочке помог собрать одежду -
Догнал у кромки пены свитерок -
Свалявшийся комок, как колобок,
Катился по песку вдоль океана.

И там же подобрал с песка прищепку,-
Теперь она в веревку здесь вцепилась,
На нашей коммунальной, общей кухне,
Как верный пес налаженного быта.

"Быть может, тусклый водоем теней летящих отраженье еще таинственно хранит..."

Старый мостик в Ботаническом саду
Старый мостик в Тбилисском Ботаническом саду - 1963 год.

* * *
Сад ботанический, тифлисский,
Осенний, сумрачный, пустой,
Мои черновики, записки
По-прежнему полны тобой.

Виденьем цветников пустынных,
Аллей и мостиков старинных,
Водоотводного ручья,
Бегу под звон потоков пенных,
И осеняет сонм вселенных
Тебя, любимая моя.

Ты помнишь ли мое стремленье
Парить над осенью вдвоем?
Быть может, тусклый водоем
Теней летящих отраженье
Еще таинственно хранит,
Но золотистый лист летит
И гладь зеркальную рябит...

Диковинные спят растенья,
И терпкий воздух запустенья,
И запахи небытия,
И горной речки крик гортанный -
Давно размыла след желанный
Её тяжелая струя.
1972 г.

Трофейный отцовский Фотоаппарат "Contax -2" -
Contax_II_img_1856

Держатель я ввинтил в дерево - съемка с задержкой.