Category: россия

Андрей Высокосов - в "Новых Известиях" на "Яндекс- Новости".





"Недавно поэтический подвижник и просветитель Москвы, главный редактор издательства «Стеклограф» Дана Курская, прекраснейший поэт и наш автор, разослала приглашение: «Приходите завтра в Фонд «Нового мира» в 19.00 на презентацию сборников одного из моих любимейших поэтов - Андрея Высокосова! Издательство «Стеклограф» представляет нечто невероятное - этот замечательный поэт с первых строк пленил мое сердце..."


Андрей Высокосов - в "Новых Известиях" на "Яндекс- Новости".https://news.yandex.ru/yandsearch?rpt=nnews2&grhow=clutop&from=tabbar&text=андрей+высокосов&fbclid=IwAR2PPk-O-jrndDmxphB2QbPceHhNSjtS_ucTtQC_0k6Kz7mVpjnDJhHCUHE

полностью - https://newizv.ru/news/culture/11-01-2020/andrey-vysokosov-i-smert-byla-b-ubita-v-zhivot-iz-avtomata

"Лишь ты стремишь свой бег, из-подо льдов Байкала бегуньей уходя со стартовой черты..." 1982 г.




"Я по тебе уже тоскую, Ангара..." - стихи 1982 года.

* * *
Все говорю себе - надейся,
Жди перемен в своей судьбе.
А вот завидую тебе -
Водитель утреннего рейса.
Ты зорко смотришь на дорогу,
Легко, уверенно рулишь.
А наледь скалывают с крыш,
В сугробах черт сам сломит ногу.
Я позавидую маршруту
Определенности твоей,
И в пар морозный из дверей
Легко шагну через минуту.


* * *
На товарном узле, реквизит загружая,
Я на ящик присел отдохнуть.
Шли составы, багажный барак сотрясая,
На восток продолжая свой путь.

Волокита дорожная. Длится приемка,
И к обеду закончится лишь.
А приемщица вдруг подошла и негромко
Мне сказала: "- На чем ты сидишь."

И недоумевая, я встал виновато,
И увидел во мраке угла
Эти несколько ящиков продолговатых,
И догадка меня обожгла...

Иркутск.

ИРКУТСКИЕ СЕМЕЧКИ

Прохожу торговыми рядами,
Приценяюсь, пробую подряд -
На прилавках черными холмами
Жареные семечки лежат!

Семечки! Как мне давно хотелось
Всех других плодов Земли сильней! -
Смаковать их солнечную спелость,
Их тепло держать в горсти своей.

Только что ж ты, бабка из-под Львова,
Парень белореченский с мешком,
На меня так смотрите сурово?
Я ведь просто так хожу кругом.

Все несет меня каким-то бесом,
Всюду был, везде мой след простыл,
И своим досужим интересом
Ненароком вас насторожил.

Незачем бояться нам друг друга.
За пять тысяч верст привезены
Семечки - и и в этом лишь заслуга,
Нету здесь и не было вины.

До сих пор помню подозрительные, настороженные взгляды продавцов семечек.
И до сих пор удивляюсь - почему тогда на зимнем иркутском рынке продавались только семечки и больше ничего - на всех рядах только жаренные семечки!

* * *
Поденщик чудотворства, вычеркивай слова, -
Все в творчестве так просто - заслышилось едва,
И чувство - не порука, и смыслу вопреки, -
Тень звука: мука звука - рождение строки.

* * *
В Иркутске на колхозном рынке
Погреться в "Срочное фото"
Я забежал, и вот на снимке
Какой-то человек в пальто.

Он потрясен морозной ширью,
Его не отпускает дрожь.
Так переполнишься Сибирью,
Что сам себя не узнаешь...


БЛАГОВЕЩЕНСК

Амур, Амур! - тревожная река, -
Прожектора, машины патрулей.
Я верю в единение людей,
Но до него пройдут еще века...

Пью поутру с лимоном желтый чай,
На дым из труб через Амур смотрю,
И в будущее тихо говорю -
Привет тебя, неведомый Китай!

***
Ирония - последнее спасенье:
Печали все смешны через мгновенье.

* * *
Я по тебе уже тоскую, Ангара,
Хотя еще смотрю на струи ледяные,
Прозрачные насквозь, чистейшие в России.
Прощай, я ухожу, мне улетать пора.

Я видел много рек, но всех прекрасней ты.
И ни одной из них не видел я начала,
Лишь ты стремишь свой бег, из-подо льдов Байкала
Бегуньей уходя со стартовой черты...

"Завсегдатай задворок..." Стихи 1982 года.






НА СЪЕМКАХ

Недостаток воды наложил на людей отпечаток.
Как ты с нами суров, зверолов!
Мы просили тебя, чтоб ты был, по возможности, краток.
Но скажи нам хоть несколько слов.

Только зря режиссер стал сулить тебе скорую славу, -
Ты пресек его сразу, любителя северных тем,
И сказал то, что думал:
- Кто ехал сюда на халяву,
Тот уедет ни с чем.


Поселок Койда, Белое море - «День поэзии 1983»
История написания - http://alikhanov.livejournal.com/488341.html

* * *
На товарном узле, реквизит загружая,
Я на ящик присел отдохнуть.
Шли составы, багажный барак сотрясая,
На восток продолжая свой путь.

Волокита дорожная. Длится приемка,
И к обеду закончится лишь.
А приемщица вдруг подошла и негромко
Мне сказала: "- На чем ты сидишь."

И недоумевая, я встал виновато,
И увидел во мраке угла
Эти несколько ящиков продолговатых,
И догадка меня обожгла...


* * *
Я по тебе уже тоскую, Ангара,
Хотя еще смотрю на струи ледяные,
Прозрачные насквозь, чистейшие в России.
Прощай, я ухожу, мне улетать пора.

Я видел много рек, но всех прекрасней ты.
И ни одной из них не видел я начала,
Лишь ты стремишь свой бег,
из-подо льдов Байкала
Бегуньей уходя со стартовой черты...

Иркутск.

***
Причалы ближних сел, паромы, катера
В ковше порта рядком зимуют уж полгода,
А выходить на Обь все не придет пора,
И надобно еще дождаться ледохода.

Нет паводка и нет, какой-то квелый год.
Вдоль берега полно закраин и промоин,
А все-таки река не поднимает лед,
И он лежит, тяжел, по-зимнему спокоен.

В последний ржавый борт бьют гулко молотки.
Томится человек у двух времен на стыке.
И корабли свои все красят речники,
А вместо шума льдин над Обью галок крики...

над Обью. Барнаул.

* * *
Завсегдатай задворок, заворачивая за углы,
Я во всех городах находил переулки такие,
Где запах олифы и визг циркулярной пилы,
Где товарные склады и ремесленные мастерские.

И со сторожем я заводил разговор не пустой, —
А настырно просил его жизни открыть подоплеку.
А сторож молчал: он смотрел на огонь зимой,
И летом — на реку, протекающую неподалеку.

Я сшивал впечатлений разноцветные лоскутки,
Радовался, что душа накопит простора.
А потом оказалось — можно лишь посидеть у реки,
И нельзя передать ни журчания, ни разговора.

Барнаул.
(Впервые опубликовано в "День поэзии - 84")

"Сквозь бурелом дошли до цели - к заброшенной избе курной..." - поморская тетрадь.





ПОМОР

В море - в страхе труд, на реке - в страстях,
Помогать зовут, путаться в снастях.

Подошел помор, дернул бечеву.
Долгий разговор начал ввечеру.

«- Эх, прошла пора, стало не с руки».
И сквозь дым костра смотрит вдоль реки.

«- Сделал все, что смог, стал я слаб, и стар».
Слушает порог, разгребает жар.

«- Было столько дел, да прошли они».
Против ветра сел с дымной стороны.



* * *
Вдоль речки, в поисках привала,
В траве не развести костра.
Нам направление давала
В порогах шумная Мегра.

Ход семги, холод, - в том апреле
Нам повезло вечерней мглой:
Сквозь бурелом дошли до цели -
К заброшенной избе курной.

Набрав валежника, закрылись,
И разожгли огонь в углу, -
Дым прижимал, и мы склонились
К еде на земляном полу.

За лапником на чистый воздух, -
Ель топором я обмахал,
И вновь в избу - дым дал нам роздых,
Стелился и тепло держал...

СЕВЕРНЫЙ СОНЕТ

Здесь берег изогнулся, как подкова.
И Сояна стоит на берегу.
Нет, не увижу я нигде такого!
За то, что видел - я навек в долгу.
Здесь больше полугода все в снегу.
Зима долга, морозна и сурова.
Дороги все уходят здесь в тайгу,
И все они ведут в деревню снова.

А летом и спокойна, и добра,
Как небеса, зовет в себя природа.
И длятся дни с утра и до утра.

Живут в деревне в основном три рода -
Нечаевых, Крапивиных, Белых,
И, кажется - Земля стоит на них.


* * *

Туда-сюда сную…
Вступаю в зрелость.
На севере в поморское окно
Я заглянул.
Взаправду там вертелось,
Наматывая нить, веретено.

И тотчас внес я в книжку записную
Вот этот путевой, поспешный стих:
Что мельком заглянул я в жизнь иную,
И столь же странен был мой вид для них.


* * *
Кружит и бьется, и гудит вода в пороге -
Тащи корму! Гляди вперед! Смотри под ноги!

Водоворот! Из-под сапог валун уходит.
А водяной как-будто за нос лодку водит!

Эх, завтра утром бы направиться в верховье,
И мудренее бы… А все же врет присловье!

И вовсе незачем мне быть умнее жизни, -
Споткнешься в воду, как предашься укоризне.

Проходим волоком порог. Идти осталось
Еще немного, а потом совсем уж малость.

* * *
Игорю Шкляревскому

На сотню верст вокруг ни деревеньки нет,
Но кто-то ходит нашею тропой.
- Здесь, где-то здесь медведь! Ты видишь этот след?
Смотри, он заполняется водой!*

Когда с бревна в ручей я с рюкзаком упал,
И, вынырнув, стал шумно выгребать,
С горящей берестой на помощь ты бежал, -
И засмеялся – некого пугать!

Пружинил блеклый мох, гудел привычно гнус.
Дым от костра шел в сторону болот.
Что ж столько лет спустя, я вновь за нас боюсь –
Ведь от Мегры забрал нас вертолет...

1984 г.
* Знак того, что медведь только прошел - и следит за нами впереди нас.
Все так и было - Игорь - на случай нападения медведя - всегда держал за пазухой сухую бересту.

***
И долог был месяц, да короток век -
Костер заливаю водой.
Прервал вертолет наш последний ночлег -
Мегра, я прощаюсь с тобой!

Машину от берега сносит к реке,
Пилот удержать норовит -
Они только снизится могут в тайге,
И бешено крутиться винт.

Закинул палатку, улов и рюкзак,
Снастей и удилищ набор,
А винт завертелся пронзительно так,
Что сам я кидаюсь на борт.

Спасибо, что вспомнили нас, погранцы,
Спасибо, что снизились к нам.
Я снова во все собираюсь концы,
Будить глухомань по утрам!

Взлетаем, уходим с обжитой земли -
А лов был удачным вчера!
И вот уже берег остался вдали,
И темная точка костра...

ПОСЛЕДНИЙ ЖИТЕЛЬ

Вовсе не умникам вопреки,
Ни дуракам подстать,
В этой деревне у самой реки
Стал он свой век доживать.

Может, и был на подъем тяжел,
И отгулял свое -
Так до конца вот и не ушел
Житель последний ее.

Горше наверно не может быть
Мысли последней той,
Что никому уж теперь не жить
Здесь, на земле родной.


***
В раскатистом шуме Большого порога
У самой реки мы прожили немного -
Стремился на север поток.
Хотя и березы листвою шумели,
И сосны сухие под ветром скрипели -
Мы слушали только порог.

Опять меж домов я слоняюсь угрюмо.
Как-будто и не было этого шума,
И голос простора угас.
Вдали самолет пролетит ненароком.
А там, у далекой реки под порогом,
Как-будто и не было нас...


Много лет мы бродили с Алихановым по берегам северных рек, смотрели в костер и слушали, как шумит северное небо, полное холода, мрака и бледных сияний.
Нас породнила не корысть и не взаимная выгода, наоборот - безлюдье и затерянность в бесконечности.
Север честнее многолюдной земли, там одинокий - взаправду одинок..."
Игорь Шкляревский
Мы ловили семгу на Сояне, на Мегре чтобы прожить.
Везли рыбу в Москву в чемоданах, в тузлуке, в тройных пластиковых мешках.
У меня аж позвоночник трещал, когда я - вроде налегке - входил с уловом в плацкартный вагон поезда "Архангельск- Москва".
Как рыба кончалась, мы весной, когда семга возвращается на нерест, или под осень, когда "белая" опять уходит в море, снова отправлялись на Сояну, на Мегру.
Жили там недели три, а то и месяц.
Летом ездили ловить красноперку, плотву на Припять.
На Мегре вдоль всего русла не было и нет ни одного поселка.
Пограничникам было скучно.
Вот они нас и забрасывали в верховье Мегры на вертолете - по договоренности забирали.
Все бесплатно. Да и денег никаких не было...






Константин Скворцов на заглавной странице "Новых Известий".




Для драматической просодии Скворцова характерно предельное совершенство текста, ясность изображения и реальных, и вымышленных, и додуманных поэтом событий. Исторический масштаб, охват изображаемых сцен волшебно оживляемых рифмованной, ритмически организованной речью, при целенаправленном применении всего звукового состава языка, всегда и во всех произведениях позволяет Скворцову воплотить глубочайшие авторские замыслы. При всей сложности сюжетов, и у читателей, и у зрителей - всегда возникает перед глазами захватывающее художественное полотно и, как любит говорить Скворцов, «не отпускает».

Лирика поэта воссоздает русскую историю в текущем ее бытовании - зачастую печальном, тревожащем, но всегда берущем за душу. «Чувственно-предметные образы» узнаваемы, и бесконечно трогательны...

полностью - https://newizv.ru/news/culture/30-11-2019/konstantin-skvortsov-nas-uchili-chto-rossiya-susha-okazalos-groznyy-okean